Внезапно Гира встрепенулась, очнулась, и от нее пошла волна безумного, дикого страха. Впрочем, не затмившего ее разум.

— Пугай! Пугай его! — снова выкрикнула девушка, и Нед, сосредоточившись, впитал в себя весь ее и свой страх, усилил его во много десятков, сотен раз и метнул, выпустил этот ужас в набегающий сзади «огнемет».

Удар эмоций был такой силы, что, как потом рассказал Харалд, они, находясь в сотнях шагов от пещеры, едва не бросились бежать, не в силах уберечься от беспричинного, нестерпимого ужаса, накатившего удушливой волной. Не спасли и амулеты, защищающие от магических ударов, — видимо, в момент наивысшего напряжения сил Нед выдал такой результат, на который не мог бы рассчитывать в своем обычном состоянии. И остановил дракона. На время, достаточное для того, чтобы выбежать из пещеры, добежать с Гирой на руках до стоящих под скалой соратников и крикнуть:

— Копья! Магар, Гира, Игар — «Стрелу»! Бить чем можете, скорее! Сейчас он появится!

И дракон появился.

Серый, похожий на скалу, весь засыпанный пылью и грязью, сквозь которую проглядывала зеленая и синяя чешуя. Рогатая голова с огромными желтыми глазами разворачивалась из стороны в сторону, как сифон со смертельным жидким огнем, разыскивая тех, кого нужно спалить, убить — святотатцев, посмевших проникнуть в его гнездо!

Дракон оказался огромен — размером с корабль, он выползал из пещеры, взревывая на ходу, и Нед подумал, что такая страшная зверюга не может быть разумной. Ну как можно быть разумным, если у тебя торчат клыки чуть не в рост человека и ты выбрасываешь струю огня длиной в несколько десятков шагов? Впрочем, думать об этом некогда.

Двое ардов-мужчин сорвали с седел здоровенные копья и, уперев их в землю, направили наконечники в небо. Что бы ни было, но ардам нельзя отказать в мужестве — дракон ли напал или боги, но сильные руки крепко держат древко копья.

Магар уже кастовал «Стрелу», соединяя усилия магов в единое целое, а Нед отошел чуть в сторону, и его губы уже выпевали одно из самых страшных заклинаний, которое есть в мире, — «Огненный шторм».

Из рук Магара вырвались здоровенные огнешары и вереницей полетели в чудовище, разгоняющееся для взлета и хлопавшее крыльями, которые закрывали площадку, как простыней.

Тут же сверху на дракона стала опускаться огненная сеть — результат колдовства Неда, одержимого желанием убить эту тварь, которая содержит в себе то, что нужно людям, нужно ему, нужно его близким, его любимым женщинам.

Сеть была красной, как уголья, раздуваемые морским ветром, сеть мерцала, а ее крупные ячейки пульсировали, будто голодные пиявки. Это было одно из самых страшных и запретных заклинаний — если ветер переменится, дунет в сторону путешественников — гибель. Огненной сети все равно, в кого впиваться, — дракон ли это или мягкая плоть людей.