Надо сказать, рыбак легко согласился участвовать в предприятии. Уже весь город знал о том, что будет с его жителями в том случае, если войска возьмут крепость и те, кто раньше жил в деревне Черный Овраг, и те, кто переехал сюда из Шусарда, — все сотрудничали с ардами. Судьба у всех теперь одна — жить вместе или умереть вместе. Это понимал любой житель крепости, даже ребенок.

Жересар очень не хотел делать то, что сейчас собирался сделать, но… другого выхода не было. Когда наблюдатели доложили, что зажигательные корабли вернулись на рейд крепости, тут же подготовленная группа, состоявшая из шести ардов, рыбака — хозяина лодки и Жересара, отправилась в ночное плавание. Арды гребли, рыбак правил, Жересар же сидел и думал, как жить дальше. И как выжить.

Они выбрали глухое время суток — Час Демона. Вахтенные на корабле должны сейчас потерять бдительность, это было бы очень, очень хорошо. Ведь лодке предстоит приблизиться на сто шагов…

Жест гребцам — и лодка застыла на месте. Тихо, ни ветерка, слышно, как с весел падают капли. Под расходящимися от упавших капель кругами возникает свечение — кружатся в вечном хороводе мелкие существа, обитающие в морской пучине. Пахнет рыбой, морем, водорослями, а еще перегаром — кто-то из гребцов не так давно выпивал, и запах браги перебивает ароматы моря.

«У меня теперь слишком острый нюх», — с усмешкой подумал Жересар. Он бросил на дно лодки куртку, спустился со скамьи и сел, опершись на борт качнувшегося суденышка.

Лекарь закрыл глаза, его голова опустилась на грудь — со стороны казалось, что он заснул. Арды и рыбак уважительно уставились на распластавшееся большое тело и замерли в ожидании, как приказал этот человек, которого люди уважали безгранично, — одни за силу, ярость и стойкость в бою, другие — за незлобивость, доброту и мудрость, какие нечасто встретишь в этом жестоком мире.

* * *

Лодка осталась внизу, и Жересар мгновенно переместился к ближайшему кораблю, чернеющему на глади моря. На палубе горел небольшой масляный фонарь, и два охранника сидели на палубе, прислонившись спиной к борту. Солдаты передавали друг другу флягу, отхлебывали из нее и вели неспешную беседу о жизни, о бабах, о жалованье и стертых ногах — о чем могут еще разговаривать двое взрослых мужчин, которые слегка подпили, хотят спать, но боятся, как бы их не застал командир. Вообще-то и пить-то на посту было нельзя, но что может случиться сейчас, когда они стоят на якоре, а враг заперт в крепости и боится высунуть оттуда нос?

Повисев над двумя нарушителями дисциплины, Коста рванулся к каюте капитана, прошел сквозь стену, повисел над спящим человеком. Подумал — нет, не то! Где маг? Неужели его здесь нет?