Первым её заметил Вадим. Отец Анисим уже к этому времени почти висел на плечах Елизара, а тот был полностью занят тем, что нёс и его, и оружие. Вадим предупреждающе крикнул. Мертвяк на мгновение застыл, а потом резко устремился вперёд.
Елизар оттолкнул от себя отца Анисима, а сам схватился за саблю. Вадим действовал, словно в тумане. Вспомнилась игра детства, когда они швыряли палки по пустым банкам, сбивая их с асфальта. В числе прочих вещей он нёс и топор отца Анисима.
Сил у Вадима оставалось мало и поэтому, сделав неимоверное усилие, он, что было мочи, швырнул топор, целясь в голову мертвяка. Топор, один раз прокрутившись, врезался в грудь монстра обухом, заставив на мгновение отклониться от основной цели. Этого мгновения хватило Елизару, чтобы разрубить чудовище пополам. Второй удар раскроил череп мертвяку, и всё было кончено.
— Сколько же их ещё по лесу бродит, — проговорил отец Анисим.
— А Бог его знает! — отозвался кузнец. — Но если ещё есть, то, боюсь, мы сегодня не отобьёмся и не дойдём до Пустыни.
— Дойдём, — отозвался на это Вадим. — Он один был.
— Почём знаешь? — осведомился кузнец.
— Они либо по одному ходят, либо сразу группой. Если вышел один, а других нет, значит всё.
— А вдруг ещё один выйдет, но токмо дальше? — спросил Анисим.
— Ну, выйдет и выйдет, убьём и дальше пойдём, — равнодушно отозвался Вадим.
— Второй раз ты жизнь нам спас, отрок. Зачем вернулся? — тут же спросил кузнец.
— Не знаю, не смог уйти. Всё равно пропадать, так уж лучше вместе.
— Не перестаю тебе удивляться, Вадим. Ладно, нам бы дойти.
— Дойдём, — уверенно отозвался Вадим, и они продолжили свой путь.
К воротам Пустыни уставшие путники вышли аккурат к полуночи. Мгла застила неверный блеск узкого серпа ночного странника. И лишь только тусклый отсвет многочисленных звёзд освещал их путь, пугая население Оптиной Пустыни.
Глава 11 Пустынь
Как их запустили в ворота монастыря, как он добрался до полатей, Вадим не помнил. Всё делалось им почти автоматически. Он снимал с себя груз, помогал довести отца Анисима, слушал ободряющие слова. Куда-то шёл, что-то делал.
Потом он вспомнил, что его отвели в баню и, сорвав одежду, помогли помыться, заодно проверив тело на наличие царапин и укусов. Ничего не найдя и не стесняясь его наготы, пожилая монахиня помогла ему одеться и осторожно довела до трапезной.
Чарка хмельного мёда да давно остывшая каша с мясом насытили его. Хмель ударил в голову, хоть медовуха крепкой и не казалась. Лёжа уже на полатях, Вадим никак не мог заснуть и ещё долго ворочался в каком-то странном полусне. События прошедшего дня мелькали у него перед глазами в поистине дьявольском калейдоскопе.