— Пойдём тогда. Есть тут что тихое и спокойное поблизости? Город там или посёлок?
— Монастырь есть рядом, там нас защитят и примут! — пискнула в ответ девочка. Я поведу. Правда, дорогу я плохо знаю. Один раз только туда на богомольство и ходили. А ты не здешний?
— Нет, я далеко отсюда живу. Веди уже, давай.
Девчонка подхватилась и, подняв какую-то палку с земли, бодро зашагала впереди, смешно подкидывая обрез своего истерзанного платья.
Глава 4 Прибытие в монастырь
Путь их проходил по еле заметной тропе в лесу. Девчонка сначала молчала, но постепенно осмелела и беспрерывно болтала, щебеча, как маленькая птичка. Общество мелкой, грязной, да ещё полулысой девчонки Вадима совсем не радовало, но одному здесь оказаться ещё хуже, а так получилось даже веселее. А девчонка закидывала его вопросами: кто он, откуда, да чем занимается. Вадим отделывался разными непонятными для неё словами, единственным знакомым из которых оказался город.
Так, отвечая на вопросы девчонки, он бодро шёл за ней в обрезанной одежде иновых лаптях, держа в руках сплетённый из прутьев свёрток, наполненный рыбой. Идти в непривычной обуви оказалось весьма неудобно, опухоль на ступнях немного спала, но при каждом шаге мозоли, раны и потертости напоминали о себе. Лапти-то из лыка, а не из кожи. Чтобы хоть как-то приспособить неудобную обувь, он положил внутрь листы мать-и-мачехи с подорожником, ногам стало немного помягче и идти оказалось легче.
Сами же ступни он обложил листами подорожника, сложив их плотным прессом и обвязав надёрганными из ткани нитками. В такой обуви быстро идти не получалось, но он уже и не спешил, а то неизвестно, куда успеет. Пройдя небольшой перелесок, они углубились в лес, где вскоре вступили под сень вековых елей.
Здесь царила тишина и темнота. Солнце только-только стало опускаться за линию горизонта, а внутри уже наступил вечерний сумрак. Вадим не боялся леса и присутствующих в нем животных. А боялся он людей, самых жестоких хищников на земле, поэтому и ушёл от реки. Вдоль берега идти, к тому же, оказалось крайне тяжело, тучи комаров клубились над водой, выискивая себе аппетитную жертву.
А ещё страшно хотелось есть и ему, и девчонке. Попадались же только грибы, которые пришлось есть сырыми: и пресловутые сыроежки, и белые, остальные они собирали и несли с собой, надеясь найти огонь и зажарить их на костре.
Они ушли уже далеко от речки, двигаясь по еле видной тропинке, вьющейся между могучими стволами в глухом лесу. Девочка уже давно шла рядом с ним, а не впереди.
Вадим уже хотел остановиться, чтобы немного отдохнуть, когда впереди уловил неясное движение. Быстро среагировав, он шепнул Агафье.