Елизар молча забрал обе сабли и кинжал, а второй кинжал протянул Вадиму.

— Кинжал — твой, посмотри его, а остальное заберём на обратном пути. В селе будем искать только деньги, оружие, обувь и хорошую одежду. Больше пока ничего унести не сможем. Да и пошарим ещё по погребам, может, где копчёности и сало с маслом осталось, тоже возьмём. А может, кто из жителей вернётся, потому всё забирать не след. Половина-то населения у нас уже живёт, сбегаются потихоньку, ждут, когда мы полностью село проверим.

Вадим только кивнул. Ну, так и так… Он вынул кинжал из ножен, которые повесил себе на пояс. Кинжал оказался так себе, из плохого железа, что сразу стало понятно по выбоинам и раковинам на лезвии. Заточен плохо и имел следы ржавчины. Ржавчина могла появиться и сейчас, но всё равно видно, что это плохое оружие.

— Да, перековать надо, плохая поделка, — тоже невысоко оценил лезвие кузнец. Он взял в руки другой кинжал, размером поменьше, вынул его из ножен. Кинжал оказался намного лучше, но гораздо короче и тоньше.

— Возьмёшь его? — предложил Елизар Вадиму.

Вадим взглянул на кинжал и отказался, не нравились ему такие ножи, всё равно он из плохой стали, хоть и более приятный на вид. Смысл менять шило на мыло?

— Ну, как хочешь, — резюмировал кузнец и убрал кинжал в мешок.

Сабли оказались интереснее, но тоже сделанные явно обычным мастером и недорогие, обе казацкие. Их кузнец также отправил в мешок и, завязав, закинул его себе за спину.

— Ну, пошли, што ли⁈

Вадим кивнул и накинул капюшон на голову. Сразу стало хуже слышно и видно. «Нет, лучше без него, да и пора выбрасывать эту одежду, одни дыры, но уже после похода в село. Так и сделаю», — решил он для себя.

Кузнец не стал ждать, а вышел на дорогу, за ним пошёл и Вадим. Идти до села оставалось ещё вёрст пять, когда они словно вошли в полосу отчуждения. Здесь не пели птицы, не скакали по ветвям белки, не шуршали в траве мыши, не бегали и не рычали крупные звери. Да и Елизару с Вадимом что-то расхотелось бегать или петь. Оба настороженно оглядывались по сторонам, невольно сбавив шаг, а то, мало ли что…

Вокруг казалось тихо, как на кладбище. Точнее, на кладбище живут и птицы, и мелкие животные, а вот тут сейчас было тихо, как в могиле.

— Бесноватые или мертвяки, — почему-то шёпотом произнес Елизар. Вадим пожал плечами, ну а кто ещё? Конечно они, чему тут удивляться. С утра в туалет сходил, пил и ел мало, так что, какаться от страха не с руки. То же самое, видимо, подумал и Елизар.

— Эх, где наша не пропадала, доставай кистень, — и кузнец переложил в руки бердыш. До этого тот торчал у него за спиной, притороченный к мешку. Вадим выпростал из-за пояса кистень и оставил его свободно висеть в руке. Они прошли ещё буквально полверсты, когда обнаружили впереди три человеческие фигуры, явно чего-то ожидающие.