Справа!

Слева!

Справа!

Слева!

Я наношу удар за ударом, стараясь попасть в суставы конструкта, чтобы разом отрубить ему конечность.

На пол падает отрубленная лапа.

Затем, отрубленная нога.

Я прохожу сквозь монстра, как раскалённый нож сквозь масло, и он ничего не может со мной сделать!

Раз-два! Раз-два!

Я превращаю тварь в обрубок, который падает к моим ногам.

Тварь шевелит культями, как если у насекомого оторвать часть лапы. Существо уже ничего не может мне сделать. Осталась только уродливая башка, закреплённая снизу туловища.

Я наступаю ногой на брюхо твари. Медлю, явно упиваясь моментом своего триумфа. Наши глаза встречаются.

Конструкт вяло раскрывает и закрывает жвала. В глубине его глотки шелестит хобот, который уже не может в меня выстрелить. Нет подпитки извне. Собраться тварь заново тоже не пытается.

Ей пиз…ц!

И я поднимаю клинок над головой.

Монстр явно понимает, что его ждёт. У него нет страха и сожаления. Он не попросит меня проявить милосердие. Он не чувствует боли. Просто потери, с каждой отрубленной конечностью. А смерть для него, как я понимаю, просто выключение. Переход в иную форму. Стать частью Сотканного мира, частью этого пространства и вселенной. Даже если для этого нужно тупо сдохнуть. Ведь смерть в этом мире — это начало новой жизни, пусть даже в и ранге корма, или жижи у меня под ногами. Здесь всё идёт в ход. Всё, ради глобальной цели — своего распространения за пределы отмеренных, кем-то границ. И, только я стою на пути этой экспансии!

И я опускаю клинок, в одно мгновение перерубая жгуты, связывающие башку твари.

Ширх!

Костяное лезвие отсекает голову конструкта. Она катится в сторону, прямо по костякам, пока не останавливается возле стены.

Я подхожу к ней. Поднимаю её, смотрю в глаза твари, и тихо говорю сам себе, как тот принц датский Гамлет:

— Быть или не быть, вот в чем вопрос?

И сам себе отвечаю:

— Быть!

Я разворачиваюсь. Перевожу взгляд на Паука — моего верного оруженосца,(Чёт меня прям понесло на прозу) и говорю ему:

— Сделай мне из него шлем!

Я бросаю башку конструкта под приводы биомеха. Он её живо поднимает своим щупальцем и начинает своё уже ставшее привычным действо, переделывая череп твари в биомеханический шлем со смотровыми щелями на месте глазниц и подвижным забралом, для дополнительной защиты лица.

Я же, пока, думаю, как мне поступить дальше.

Смотрите сами, я сейчас выберусь на поверхность и начну исследование города Древних в поисках артефакта, а там, наверху, меня схарчат те твари, от которых я сиганул вниз со стены. Получается, что мне, пока я не пойму, как их убить, не стоит и носа показывать из этой норы.