Смена сценария!

Загрузка!

Выбор приоритетов!

Приоритет задан!

Запуск!

Бух!

Мир проматывается передо мной с хаотичной скоростью, будто меня поместили в центр некой капсулы с прозрачными стенками, а всё вокруг меня летает с той стороны по кругу.

И, внезапно, я вижу себя со стороны — нейронафта, который лежит в грязи и стреляет по гигантской бионической многоножке.

Получается, такой взгляд со стороны, будто ты смотришь кино.

Выстрел! Ещё один выстрел!

Я — точнее нейронафт, не успевает перезарядить оружие, как многоножка снова нападает. Раскрывается, и из её хари выстреливает щупальце, которое я успеваю перехватить, но оно вырывается и присоска впивается в мою шею. Затем тварь впрыскивает в меня кислоту, проходит около минуты, и многоножка начинает меня жрать, тупо высасывая мои растворившиеся внутренности изнутри, как мы пьём коктейль.

А я смотрю на это со стороны, наблюдая за своей смертью, будто за жизнью рыбки в аквариуме.

В этот момент мир там, с другой стороны, затемняется, и я вижу второй вариант развития событий, в котором я успеваю перезарядиться, даже вскочить на ноги и открыть огонь по твари, которая реально, мгновенно, уходит с линии огня, и я не могу её подстрелить. Пробить её броню, даже кислотной картечью или пулями.

Кормёжка повторяется и снова погибаю, как корм, останки которого затем обратятся в жижу и станут частью этого мира — питательной средой для поглощающей всё и вся плоти Лабиринта.

Снова затемнение. Третья попытка. И снова неудача. На этот раз я пытаюсь заныкаться в одной из биомеханических конструкций и, сидя в схроне, как в норе, чтобы прикрыть свой тыл, завалить многоножку, которая успевает меня догнать, прежде, чем я добегаю до ближайшего укрытия.

И меня снова жрут!

Опять и опять!

Каждый раз, даже тогда, когда я меняю оружие и пытаюсь убить тварь из пистолета или зарубить клинком, я терплю неудачу.

Корм!

Это — какое-то проклятье!

Наваждение! Морок! Будто я отыгрываю уровень за уровнем и, всё время, проигрываю эту схватку, словно на мне лежит печать неудачи.

Стоп!

Мир замирает! Останавливается. Погружается в темноту, в которой я остаюсь наедине с собой и со своими мыслями.

«Нахрапом её не взять, — думаю я, — она — слишком быстрая и резкая. Я толком мне могу в неё попасть. Мой единственный шанс, поймать момент, когда многоножка раскрывается перед броском щупальца, и засадить ей картечью прямо в башку, в эту гнусную харю! Вогнать порцию стали с кислотой в эту дыру, которая называется ртом! Чтобы её разбросало на сотни кусков! А потом я использую эту тварь, чтобы насытить симбионта и накормить Червя. И для Паука работа найдётся. Слишком прочная броня у этого монстра. Как раз для меня!»