— Проклятье, — снова вырвалось у Державиной слово-паразит. — Только этого сейчас не хватало. Если окажется, что наш курсант — виновник масштабного пожара, Воронцов будет в ярости… Да и репутация академии… Ох, этот Волков, в печенках уже… — она выдохнула и добавила без эмоций, — Раз его ищут, нам остается дождаться результатов поиска. Можешь идти, Мария.

Секретарша кивнула и вышла из кабинета.

Виктория же осталась одна. Медленно подошла к окну, выходящему на задний двор. Снег таял, кое-где виднелись сероватые подтаявшие островки. Взгляд невольно остановился на месте, где недавно красовалась дерзкая надпись, вытоптанная Волковым: «ВИКА Д, Я БЕЗ УМА ОТ ТЕБЯ!». Теперь там лужи. Ничто не напоминало о выходке курсанта. Но Вика отчётливо помнила то неровное, растянутое сердце и кривую надпись.

Внутри шевельнулось странное чувство, так похожее на сожаление. Что, если юнец пострадал? Что, если это не побег, не глупая выходка, а смерть?

«Будет ли мне жаль, если он исчезнет? — спросила она себя мысленно и тут же нахмурилась, раздражённая подобной сентиментальностью. — Вряд ли. Таких курсантов десятки — приходят, проваливаются или преуспевают, уходят. Все они — лишь строчки в документах.»

Но внутренний голос был настойчив: Волков выделялся. Особенной дерзостью, уверенностью, а ещё странным взглядом, что мог принадлежать человеку гораздо старше и опытнее.

«Пусть он и интересный экземпляр, — признала Вика неохотно. — Но такие как он обычно сгорают быстро и ярко. Смельчаки редко доживают до глубокой старости.»

Она сдула пшеничную прядь волос. Достаточно сантиментов. Пора действовать, подготовиться к худшему, продумать стратегию объяснений с Воронцовым и, возможно, найти замену Волкову в команде. Но где-то внутри, за маской строгой ректорши, неуместная искра надежды предательски шептала: «Вернись, наглец. Докажи, что ты настолько особенный, как думаешь.»

* * *

В таверне «Ржавый гвоздь» было спокойно. Тусклый утренний свет пробивался сквозь замызганные окна, высвечивая клубы табачного дыма. Уставшие девицы спали в общих комнатах, восстанавливая силы перед сменой. Сонный бармен лениво протирал стаканы, а тройка посетителей — припозднившиеся грузчики после ночной работы — потягивали дешёвое пиво перед тем, как разойтись по домам.

В углу, за столиком, отгороженным от остального зала тяжёлой занавеской, сидели двое. Хромой Фёдор и Кривой, что ёрзал из-за новых шерстяных штанов — кололись падлы.

— Подробнее, — Фёдор не поднимал взгляда, продолжая разговор, — что там за новости?

Кривой после очередного глотка отставил пиво.