Продолжаю имитировать сон, размеренно дыша. Матрас прогнулся — она присела на край. Тёплые пальцы коснулись моей щеки, скользнули по шее.

— Такой юный… и такой хорошенький, — её шёпот щекотал ухо. — Знаешь, чему я тебя научу?

Пальцы начали оттягивать одеяло. Медленно, очень медленно.

— Наташка, ты бессовестная! — шёпот Анны из дверного проёма звучал и возмущённо и восхищённо.

Я почти решился «проснуться», когда улица за окном взорвалась звуками тревоги.

Виу-виу-виу!

Резкий, пронзительный вой сирен. Гулкие удары колокола с ближайшей пожарной башни. Топот сапог по мостовой.

Наташины пальцы замерли.

— Что за чёрт⁈ — прошептала она.

— Городская тревога, — Анна подошла к окну.

Новый вой сирены, ещё ближе. Уже не только колокол, но и крики людей на улице.

— Седьмой район! — донеслось через форточку. — Все практики — в седьмой район!

Резко открываю глаза, забыв о притворстве. Мощный грохот сотряс окна. За ним второй — ещё сильнее. С потолка посыпалась штукатурка.

— Что за⁈ — Наташа тоже подскочила к окну, пытаясь рассмотреть что же там.

Ночное небо вспыхнуло — голубым, серебристым, алым. Как фейерверк над крышами домов. Но вместо праздничного гула с улицы — крики и звон оружия.

— Эфирное сражение! — Анна метнулась к противоположной стене, дёрнула за рычаг. Из стенных пазов выдвинулись металлические панели, с лязгом закрывая окна. — Наташка, помоги с северной стороной!

Подруга бросилась к соседней стене, активируя защитный механизм. По улице пробежал отряд стражников.

— Вызывайте боевой корпус! — донеслись крики снизу.

Новый взрыв сотряс здание.

Поднимаюсь с кровати, морщась от боли. Девушки слишком увлеклись происходящим за окном, чтобы заметить мой подъём. Подхожу к ним сзади, наблюдая за отблесками эфирного сражения через узкую щель между панелями.

— Что там вообще происходит? — и кладу ладони им на задницы, сжав. Ну, а что теряться?

Наташа вскрикнула, резко обернувшись. Бледное лицо залилось краской, когда обнаружила мою руку на своём стратегическом тылу.

— Ты… ты… — она задыхалась от возмущения, которое очевидно смешалось с другими эмоциями.

Анна тоже оглянулась, глаза взглянули на мою вторую руку, уверенно державшую её за зад. Но вместо ожидаемой пощёчины приподняла бровь:

— Боевая тревога, — и произнесла это, делая вид, что не замечает моего тактильного вторжения на её территорию. — Кто-то устроил эфирный поединок прямо на улице. И судя по масштабу, точно не дружеская дуэль.

— Ясно, — невозмутимо подмигиваю Наташе, которая всё ещё не могла решить — дать мне пощёчину или расхохотаться. — В таком случае, пойду спать.