Тишина.

Каждый понял, что всех нас очевидно ждёт трудный бой. Смертельный. И шансы отнюдь не на нашей стороне.

Стрельцов ткнул пальцем на схему форта. Красными чернилами отмечены посты охраны, синими — маршруты патрулей.

— Время поделиться идеями, господа, — обвёл он всех взглядом. — Как будем проникать в форт?

Алиев первым подал голос, ткнув пальцем в северную стену:

— Вот здесь, видите? Я могу взорвать участок, создать брешь. Войдём всей группой, пробьёмся к башне.

— Слишком шумно, — покачал головой Куракин. — Весь гарнизон тут же встанет на штыки. Не пробьёмся. — сам же ткнул пальцем в другую точку схемы. — Предлагаю использовать канализацию. По старым чертежам в ней есть выход прямо в нижние уровни форта.

— И попадём в западню, — фыркнул южанин. — У нас на юге такие проходы частенько используют, как приманку.

Абызова молча подошла к столику, присела на корточки. Её зеркальное забрало склонилось над схемой.

— Можно попробовать через акведук, — механический голос звучал задумчиво. — Но там решётки. Эфирные. Ещё стража.

— О нас тут же узнают, — отмёл эту идею Стрельцов.

Все продолжали предлагать варианты. Каждый план был хуже предыдущего.

— А что скажет наш «капитан»? — наконец спросил Куракин с иронией.

— Я уже озвучил свой план, ещё в первый день.

— Не мог бы ты повторить? — просит Стрельцов.

Встаю, подхожу к карте. Приседаю рядом с Абызовой, игнорируя недовольное шипение Алиева, мол, слишком близко к их драгоценной убийце в шлеме. Ревнует? Это хорошо. Есть теперь чем его раздражать.

— Вот здесь, — тычу пальцем в сектор. — Стыковка контуров сделана на скорую руку. — обвожу пальцем участок барьера. — Британцы достраивали форт на основе старых имперских укреплений. Именно здесь новый контур встречается со старым, видите эту силовую линию?

Абызова наклонилась ближе. Из-под забрала донеслось тихое:

— Он прав, — и повернулась ко мне. — В прошлый раз ты не был так уверен.

— Что значит «прав»? — Алиев нависает над нами. — Объясняй понятнее, мастеришка!

Выпрямляюсь, и смотрю ему глаза в глаза:

— Это значит, дорогой «магиструшка», что в этой точке барьер наиболее уязвим. Если правильно рассчитать манипуляционный эфирный импульс, можно создать временную дыру. Минут на пятнадцать, не больше. Но нам хватит.

— Бред! — рявкает южанин, не отводя взгляда. Стоим с ним, как два пса, морда к морде. Никто не отступает. — Ты думаешь, британцы идиоты⁈ И оставили дыру в защите⁈

— Не дыру, — объясняю всё тем же спокойным тоном. — Косяк, который не исправить, не переделай всю контурную сеть. Разница в эфирных частотах старой и новой прокладки создаёт диссонанс. Незаметный при обычной работе барьера, но…