Рядом с ней Ингрид. Чуть ниже ростом, но не менее опасная и не менее прекрасная. Светлые волосы под меховой шапкой, бирюзовые глаза. Копьё за спиной, круглый малый щит на левом предплечье.

— Фрея. Ингрид, — произнесла Корнелия ровным тоном, кивнув. Голос светски-вежливый.

— Как твоя гвардия? — спросила советница, остановившись в паре шагов. Голос хрипловатый, тягучий, как говорили обычно все северяне. — Слышала, вас крепко потрепали. Потери большие?

— Восемнадцать убитых. Ещё двенадцать раненых, но остались в строю. Держимся. — Она выдержала паузу, затем добавила: — А ваш клан? Тоже понесли потери?

— Двадцать три воина пали вчера, — ответила Ингрид.

Корнелия понимающе кивнула.

Повисла короткая пауза. Снег продолжал валить. Вокруг беготня — офицеры строили солдат к маршу на позиции, вот-вот армия начнёт выступление на битву.

Фрея первой нарушила молчание:

— Знаешь. Мы с того дня, так и не поговорили… — она помедлила, слова застревали в горле, — О нём.

Корнелия не моргнула. Лицо оставалось безмятежным, но внутри всё сдавило.

— О нём, — повторила она тихо.

— Мы все его… знали. — кивнула Ингрид. — По-разному. Но знали.

«По-разному, как верно звучит… — с горечью в мыслях усмехнулась Корнелия. —Хорошее слово. Обтекаемое. Ты хотела за него замуж, Ингрид. Пусть и боялась это признать открыто. А Фрея спала с ним, грелась в его постели, и каждый раз провожала его взглядом, когда он уходил. А я… я должна была стать его женой. Но не успела. Его забрали у меня ещё до битвы…»

— Верно, — произнесла Корнелия вслух, на удивление ровно. — Мы все его знали. И все его потеряли.

Она встретила взгляд Фреи. В синих глазах северянки читалось нечто сложное — скорбь, а ещё непонимание. Кажется, она пыталась угадать, что на самом деле думает эта имперская аристократка.

Корнелия смотрела на неё. Прямо. Без вызова, но и без мягкости.

— Болтовня не имеет значения. Александр мёртв. Никто из нас не станет его женой. Никто не родит ему детей. И вам пора это принять. Его убили. — она вдруг сглотнула, и стиснула зубы. — Сворой. Толпой… как шакалы волка.

Фрея нахмурилась. Она и сама думала об этом ни одну ночь. Как жестока жизнь:

— Верно. Подлые ничтожества. Семьдесят против одного. Даже для такого, как он, это было слишком. Охотники…

— Трусы, — отрезала Корнелия. — Аннабель Винтерхолл знала, что рано или поздно ОН разорвёт её на части. Поэтому послала целую свору наёмников. — Она сжала кулаки. — И я убью её за это.

Ингрид свела брови к переносице:

— Ты говоришь серьёзно?

— Абсолютно, — взглянула на неё Корнелия. — Аннабель здесь. На этом поле боя. Сегодня она покажется. И если я увижу хоть щель, хоть трещину в их построении, использую. Убью её охрану, ослаблю защиту, и попытаюсь отрезать ей голову. За то, что сделала с ним…