Внезапно пришло тревожное сообщение. Дозор заметил японский патруль, семь человек. Они двигались с юга на север, пересекая наш маршрут в двух километрах впереди.

Я немедленно приказал остановить колонну. Сопкин связался с Александровым, возглавлявшим передовой отряд и приказал действовать по плану «Тишина».

Этот план предусматривал бесшумную нейтрализацию небольших групп противника силами специально подготовленного отряда. Никакой стрельбы, никаких следов присутствия крупных сил.

Водитель остановил машину под прикрытием невысокого холма. Мы с Сопкиным выбрались наружу и с помощью полевого бинокля наблюдали за ситуацией.

В предрассветных сумерках ясно различались силуэты японских солдат. Они двигались неторопливо, видимо, не ожидая встретить противника так далеко от основных дорог. Типичный дозор, проверяющий малоиспользуемые тропы.

— Фланкирующее движение, — тихо прокомментировал Сопкин. — Проверяют возможные пути обхода своих основных позиций.

Я кивнул:

— Сколько до ближайшего поста связи?

— Километров пятнадцать, — ответил Сопкин, сверившись с картой.

Надо действовать быстро. Если патруль успеет сообщить о подозрительных передвижениях, вся операция окажется под угрозой.

В бинокль я видел, как из оврага неподалеку от японцев бесшумно выскользнули несколько фигур, бойцы Александрова, одетые в маскхалаты. Они двигались короткими перебежками, используя каждую складку местности для укрытия.

Японцы ничего не замечали, продолжая методично обследовать территорию.

Александров и его люди приближались к противнику с разных сторон, охватывая патруль в кольцо. Операция разворачивалась точно по учебнику: тихо, быстро, эффективно.

Внезапно один из японцев остановился, словно почувствовав опасность. Он поднял руку, сигнализируя своим товарищам, и начал медленно поворачиваться, вглядываясь в предрассветный сумрак.

На несколько секунд время словно замерло. Затем события развернулись с молниеносной быстротой.

Бойцы Александрова одновременно бросились вперед. Короткая, яростная схватка, и все закончилось. Японские солдаты лежали на земле, обезоруженные и связанные, кто-то из них получил легкие ранения, но никому не позволили издать ни звука.

— Мастерски, — оценил Сопкин. — Ни одного выстрела.

Я опустил бинокль:

— Пойдемте, нужно лично допросить пленных.

Мы спустились с холма и направились к месту схватки. Александров, с легкой ссадиной на скуле, докладывал:

— Товарищ Краснов, противник обезврежен. Семь человек, в том числе один офицер, младший лейтенант.

Связанные японцы сидели на земле под охраной наших бойцов. В их глазах читалось смешение страха и упрямой решимости. Офицер, молодой человек с тонкими усиками, смотрел с нескрываемой ненавистью.