Глава 29. Последняя вероятность Зариэля.
Я с трудом разлепила глаза, попыталась встать. В голове гудело. Расцарапанные ладони и физиономию саднило невыносимо, просто огнём жгло. Но ничего не вывихнуто и не сломано, мне в очередной раз повезло. Шипя от боли, я встала на четвереньки. Потом села. Включила наконец чудом не отстегнувшийся чëртов генератор поля.
Вокруг буйствовал ад. Тирнийские десантники в золотистых костюмах и разношëрстные "садовники" а беспорядке носились друг за дружкой. Воздух стонал от грохота, визга, треска выстрелов. Кто-то, скрытый от меня склоном террикона отдавал в микрофон отрывистые лающие команды, но в общем гвалте не удавалось разобрать ни слова. Кто кого побеждает, понять тоже пока было невозможно, взгляд выхватывал из общей круговерти только отдельные разрозненные картинки. Вот "садовник", здоровенный волосатый амбал, заставляет несчастного тирнийца взорваться, разлетевшись кровавыми ошмëтками. Вот уже падает он сам - Дэн вбивает шаровую молнию в торжествующе орущую глотку. Рахад стреляет из автомата. Двое "садовников" карабкаются по холму. Маленькое белое пятнышко мелькает под ногами дерущихся, господи, какого чëрта Энви делает в бою? Сыплются красные и зелёные вспышки. Тирниец заносит над упавшим противником лазерный резак... Меня немилосердно замутило. Я отвернулась от битвы и увидела Вилайну. Безвольно распластанную на земле, бледную, грязную, потерянную, но слава богу, живую. Чем бы ни был страшен яд кирны, действовал он явно не сразу.
Я подползла к ней, склонилась близко-близко к лицу. Хотелось выть и грызть глотку подлецу Зариэлю.
- И...анна! - голос несгибаемой антарийки был едва слышен даже на таком ничтожном расстоянии, - Ианна, я совсем всё.
- Ты не умрëшь! - я схватила её руку, холодную, безжизненную, - Ты не можешь умереть, даже не думай! Тебя вылечат!
- Не вылечат, - слова Вилайна выталкивала из себя с трудом, - Яд кирны. Антидота не существует. Этот гад знал, что делать. Через полгода... Мозг дегенерирует. Полностью. Я... не хочу!
- Тебя вылечат!!! - заорала я, как резаная и тут же всполошилась, что напугала Вилайну. Глаза жгло от слëз.
- Возьми... Себя в руки! - в голосе Вилайны на миг прорезались привычные инструкторские нотки. Железные. На каком-то из переходов доктор Кон рассказала мне, что её имя значит "Дочь стали", а моё - "Дочь моря" - В такое... никому и никогда... не хочется верить. Я... тоже теряла. Знаю, как это.
- Я не хочу терять тебя! - я прижала к лицу её ладонь, - Не хочу-у!!!