- Альтэйя - это где псевдохимеры водятся? - спросила я, вспомнив сомнительный комплимент Рахада.
- У нас и кое-что пострашнее водится! - хихикнул киборг, - Но смотрите на станцию - начинается!
Глава 23. Выброс со станции перед вбросом на станцию.
Дрожащее облачко света над станцией вдруг как бы уплотнилось, вскипело вихрями разноцветного света и начало пухнуть и расти, превращаясь в могучую штормовую тучу. День померк. Море нахмурилось и потемнело до оттенка бутылочного стекла, остро запахло солью, водорослями и электричеством. Где-то рядом захлопали форточки, истошно запищали автосигнализации, ветки деревьев заполоскали на ветру, словно флаги. А гроза уже раскинула над побережьем два исполинских крыла с лохматыми, горящими золотом краями и с бешеной быстротой понеслась к городу, яростная, бурлящая, неистовая.
И что это была за гроза! На Земле не бывает и не может быть таких гроз! Я уже не знала куда смотреть - прямо вверх, где вихрились, клубились и боролись тучи самых невероятных цветов - оранжевые, изумрудные, лиловые, или вдаль на АЭС, в которую одна за одной били роскошные ветвистые молнии тоже невозможных оттенков. А станция нестерпимо сверкала расплавленным серебром, и казалось, сама рвалась в небеса навстречу обезумевшей стихии.
Раздался оглушительный грохот и на нас обрушился ливень. Удивительно тëплый и тоже разноцветный - реки, стены, обвалы сверкающей воды, моментально не оставившие ни на ком ни одной сухой нитки. Люди и нелюди на крышах встретили дождище ликующими воплями и дикарскими прыжками, кто-то смеялся, кто-то танцевал, кто-то обнимался и целовался.
Я тоже орала, невозможно сделалось не орать, безумная, невероятная радость вдруг наполнила меня до краëв, острая, пронзительная, слишком громадная, чтобы не рваться из груди криком. Волшебный ливень смыл всё плохое в мире, оставив только сумасшедший восторг от того, что я - живу! Я могу смеяться, видеть и слышать, дышать, любить, почему я никогда раньше не понимала, какое же это невероятное счастье? Почему так много времени и сил тратила на какие-то сомнения, страхи? Есть мир, в нём есть дождь, море и Выброс, и какие же все вокруг под Выбросом красивые и хорошие! Как же я люблю их сейчас, всех до одного, даже незнакомых! А они любят меня! Вот, кстати, чьи-то здоровенные ручищи обхватили меня за талию, покружили, аккуратно приземлили назад на крышу. Я без всякого стеснения обняла обладателя этих рук, привстала на цыпочки и запечатлела на его губах поцелуй. Просто так! Потому что мы оба прекрасны под Выбросом. А потом он сделал шаг и растворился в толпе, на прощание совсем по-земному помахав мне рукой, и я помахала в ответ. Будь счастлив, нечаянный товарищ по Выбросу, мой возлюбленный и брат на несколько сумасшедших минут! А меня уже теребит за рукав какая-то маленькая девочка, хочет поделиться мороженым...