- Поздно уже! - буркнула доктор Кон, - Извини, что испортила тебе впечатление!

Я пробормотала "ничего", и мы отправились искать кота и Рахада. Безалаберный Излучающий куда-то запропастился, наверное, просто забыл, что по собственной инициативе взялся сопровождать нас. Ничего. Мы всё-таки, особенно Вилайна, и сами с усами.

Вечер не принёс ничего, кроме вкусного ужина, небольшой экскурсии по станции (Я впервые в жизни увидела атомный реактор и была просто раздавлена осознанием того, какая это громадная штука) и подбором некоторой части оборудования и снаряжения под руководством безупречно вежливого делового Армиля. Потом нас оставили в покое, мы немного поговорили перед сном всё на ту же тему подозрительной благости Тирна и расползлись спать. Директор АЭС, кстати, не соврал - Армиль вручил мне местный вариант конвертора, (Не кубик, а яйцо), сказав, что перед нашим уходом успеет научить меня обращаться с "универсальной поддерживающей системой для исследований незонообладающих пространств". Так что снились мне хорошие, очень хорошие сны, я в них гуляла по Питеру с сыном и котиком Энви. Очень жаль, но почему-то совсем без Рахада.

Следующим утром нас продолжили собирать в дорогу. Подбирали и подгоняли добрую сотню мелочей, от комбинезонов и рюкзаков до генераторов поля, инструктировали, наперебой рассказывали о Тирне и всех Зонах, в которые добирались тирнские исследователи. Задавали вопросы о перспективах будущего сотрудничества их Академии с антарским ИПР. На эти вопросы Вилайна и Рахад старались отвечать как можно уклончивее, кот отмалчивался, а я откровенно признавалась, что, будучи зелёным новичком, мало что в таких вещах понимаю.

Настроение у меня было хреновое.

Не смотря на все подозрения, мои и напарников, Тирн и его обитатели мне нравились. Даже помимо воли. Не смотря на то, что я старательно убеждала себя в их непременной злонамеренности и опасности. Я напоминала себе, что внешняя доброжелательность никогда ничего не значит, и что сама же недавно строила предположения про газ. Ругала себя. Косилась на строгое лицо Рахада, черпая решимость в его непроницаемом взгляде. Сравнивала здешний Выброс с чудовищной музыкой Корни. Но ничего не помогало - тирнийцы с каждой минутой казались мне всё симпатичнее. Даже татуированный с ног до головы ехидина Данийар. А ещё у меня в кармане перекатывались тяжëленькое металлическое яйцо с "универсальной системой", и я иногда украдкой гладила его пальцами. И отчаянно не хотела то вспоминать искренне сочувственный взгляд директора, он здорово мешал думать, что драгоценный подарок - просто средство вербовки глупого новичка.