— Не могу сказать. Требуются образцы и более точное сканирование. Сейчас я не вижу там ничего, что указывало бы на это, но вы же сами понимаете, сколько всего можно встретить в дальнем космосе.
— Без высадки и нормальной разведки разобраться не получится, — Эрик высказал и без того очевидную мысль, переведя взгляд на Первого и Второго. — Ну, значит, пришло время немного поработать, парни. Надевайте скафандры, будете нашими дипломатами в мире корпоративной этики.
Артур методично осматривал экипировку и вполуха слушал Каори, заполнявшую чек-лист. Тяжёлый боевой скафандр, выглядевший неповоротливой громадой, ничуть не стеснял движений привычного к его весу космонавта. Поршневые приводы мышечных усилителей негромко гудели под наружной бронёй, пока он наклонялся из стороны в сторону, приседал и разминался, стремясь удостовериться, что ни одна из систем не решила выйти из строя.
Проводимая офицером проверка только дополняла его собственную. Полностью полагаться на других можно лишь в тех вопросах, где на кону не стоит твоя жизнь, а работа скафандра во время вылазки, пожалуй, значила больше, чем оружие и инструмент.
Артур то и дело ловил заинтересованный взгляд миндалевидных глаз: Каори безошибочно распознавала в его выверенных движениях боевую выучку, однако задавать вопросы, несмотря на любопытство, не спешила.
— Тестируем магнитные ботинки, — озвучила она очередной пункт в своём списке и, дождавшись, пока оба разведчика погромыхают липнущими к полу сапогами, поставила галочку в квадратике напротив.
Вероятно, офицер заговорила бы, окажись они один на один — космонавту уже пару месяцев чудилось, будто та проявляет к нему интерес, но ставить на это он не решался. Может, так Каори демонстрирует профессиональную бдительность, а может, на нём сказалось длительное плавание по необъятным просторам Вселенной, где ощутить тепло женских рук можно разве что на регулярном медицинском осмотре.
Артур с первых дней службы приметил, как сухо, а местами и неловко держится с ним экипаж. Никто не спешил узнать Второго поближе, что его полностью устраивало.
Это позволяло проводить всё свободное от работы время в уединении, поддерживать себя в форме, читать и перебирать скафандр, подгоняя под личные нужды. Случалось, за весь день он не произносил и пары слов, кроме дежурных приветствий на утренней планёрке. Спроси его кто-нибудь, и Артур честно ответил бы, что это идеальное количество общения. Но никто не спрашивал — и это тоже было идеально.
Незаметно от диагностики брони перешли к оружию, встроенному в шлемы оборудованию для связи и всему остальному. Разведчик в дальнем космосе — совсем не то же самое, что в армии, где от него требовалось служить глазами и ушами, оставаясь незаметным для врага. Здесь их экипировали по полной: надёжная защита, способная уберечь как от агрессивной среды, так и от большей части фауны. А плазменные бластеры с лёгкостью потрошили почти любое враждебное существо, которому приходило в голову пожевать землянина.