Равные? Не смешите мою тень, какие они мне равные?

— Э-э-э, вы… кхм… двое… — всё же сказал я, — Сидите тихо, и чем спокойнее, тем лучше. Следите за обстановкой.

— Обещаю сидеть тут и никуда не уходить, — хмуро буркнул бард, — А поссать-то можно будет?

Я не ответил шутнику. Вместо этого оттянул ногу со свободной цепью, а потом махнул ей, врезав по деревянному пруту. Раздался внушительный грохот, жердь жалобно треснула, хоть и не поддалась. Зазвенело железо.

— Свершилось!!! — заорал я так, что упырь позади испуганно всхлипнул, — Лиственный Свет освободил меня! Это чудо, братья! Узрите же силу Священного Древа!

Дальше события потекли по нарастающей, и мне оставалось только молить Мать-Бездну… тьфу ты, светлой воды мне за шиворот, Отца-Небо! У меня же переоценка ценностей, всё такое.

Да, да, Отец-Небо, ты там сверху отметь, что Всеволод Тёмный… да чтоб меня… Всеволод Светлый? Вонь небесная, аж челюсть свело, до чего смердяще и противно звучит.

Серый? Всеволод Серый. Ну, вроде как нейтралитет, равновесие добра и зла. И всё же… нет, ну давай ещё оттенки будем перечислять.

Всеволод Нетёмный. Во-о-от… а это звучит!

* * *

Мои крики, громыхание ногой и цепью по клетке призвали надсмотрщиков за пару секунд.

— Хорлова падаль, как⁈ — бородавочник сразу же воткнул копьё между прутьями, но я увернулся и коленом прижал древко к пруту так, что главаря чуть не снесло с лошади, — А, сожри тебя Хмарок!

— Это чудо! — заорал я, теперь надавив на копьё грудью.

Сколько во мне мощи! Бородавочник слетел с лошади, упав на землю, как мешок с дерьмом. Никогда не слышал, как падают мешки с дерьмом, но уверен, что звук именно такой.

Как и ожидалось, с другой стороны мне в затылок прилетело копьё. Увернуться я уже не успел, но мне пока это было и не нужно.

— Чудо!!! — заорал я, тряся головой от боли, — Лиственный Свет спас меня! Смотрите, мои кандалы…

Я замахал ногой по телеге, чуть не попав браслетом в барда и колдунью. Надо отдать им должное, они висели тише мыши, точнее мотались вслед за качающейся повозкой. Упырь сзади ревел и стонал, щёлкал пастью, пытаясь поднять когти и дотянуться до меня, но «брошь хозяина» не давала.

Набежали ещё охранники, удары тупыми копьями посыпались со всех сторон. В клетку просунули верёвку, чтоб накинуть мне петлю на шею, но я рванул изо всех сил, и умник едва не воткнулся головой между прутьев.

Кто-то всадил мне в ногу что-то острое, я замычал от боли, но продолжил концерт.

— Покайтесь!!! — орал я и дёргался, заставляя всю телегу танцевать и крениться из стороны в сторону, — Сверши-и-ило-о-о-ось!