На самом деле мне срочно требовалось нормальное средство передвижения. Про самокат я не шутила — я ведь не железная, и мне было элементарно жалко своё мягкое место, которое после поездок в местных каретах грозило превратиться в один сплошной синяк. Представляю, конечно, как я буду на нём смотреться в этом мире, но комфорт дороже имиджа!
Поэтому что? Поэтому уже через час (да, пришлось снова топать пешком!), я стояла в кузнице и на пальцах объясняла мастеру устройство двухколёсного чуда. Я махала руками, рисовала в пыли и слегка психовала, но… чудо свершилось: он понял!
Хоть утро и было омрачено жуткими находками, домой я вернулась в отличном настроении. Решила, что имею полное право немного расслабиться и отметить будущий учебник по криминалистке Мидара с моими цитатами. По старой и не самой полезной привычке налила себе бокал вина и подумала, что после такого тяжёлого дня мышцам просто необходима разрядка.
Поднялась наверх, скинула платье и начала медленно двигаться. Постепенно растворяясь в танце, я чувствовала, как все тяжёлые мысли уходят на второй план. Гибкие движения, музыка, пульсирующая где-то внутри, и терпкий вкус вина — я наконец-то отрешилась от всего мира, от трупов, от загадок и от пронзительного поднятой брови одного слишком внимательного декана.
Глава 16
Глава16
Киллиан
Рина была идеальной. Нежной, очаровательной, непринуждённой, упрямой… и совершенно сумасшедшей. Не скажу, что в моей жизни не было красивых женщин, но Рина безоговорочно выигрывала на фоне любой из них. Чего стоили одни её глаза — огромные, искренние, которыми она смотрела на меня так, будто я был её самым любимым и долгожданным эклером.
А её улыбка? Стоило ей улыбнуться, и я переставал чувствовать почву под ногами, а сердце замедляло ход, замирая в груди. А это её «пожалуйста», подкреплённое взглядом, в котором светилась такая надежда, что отказать было выше моих сил! Да я ради этого взгляда отдал ей копирующую сферу, нарушив все мыслимые законы. И для чего? Чтобы запечатлеть какие-то побрякушки! Я, высокопоставленный чиновник империи, тратил рабочее время на то, чтобы делать записи в её журнале, вместо того чтобы заниматься государственными делами.
О, а как меня выбесил этот Блоферд!
Так, Киллиан, поздравляю... Роль «сурового папочки», по словам Рины, с треском провалена, зато роль «козла с цветами» была принята заочно и с необъяснимым восторгом. Богиня, я сотни лет хранил тайны империи, а споткнулся о собственную ревность к помощнику, у которого харизмы меньше, чем у моего рабочего стола.