Мы продолжили свой путь по намеченному маршруту. К езде в седле я уже немного привык, даже почти ничего не болело, думал, что адаптация будет проходить значительно дольше.

* * *

Лошадей мы оставили на постоялом дворе за несколько вёрст от ворот Царьграда, чтобы меньше привлекать к себе внимание. Входили в город вместе с купеческим обозом. Мечи были сложены в один холщовый заплечный мешок, что тащил на спине Степан.

В вечернее время в город входило и выходило из него достаточно много народа, стража даже не проверяла документы, так что на этом этапе официально о моём прибытии никто не знал, разве что вездесущие соглядатаи могли усмотреть, но тщательно следивший за обстановкой Борис Николаевич никого не заметил. Всадников, обещавших нам поддержку по пути, я ни разу не увидел, хотя всю дорогу было смутное ощущение, что они где-то рядом.

Смешавшись с толпой, мы дошли до границы трущоб и относительно приличного района города, Каменский резко повернул в улочку направо. Неподалёку от улицы, ведущей к центру, нашлась та самая кузнечная артель. Перед тем, как туда войти, барон попросил всех влипнуть в забор, а сам внимательно посмотрел вдоль улицы в обе стороны. Я завертел головой вместе с ним. В этот момент здесь было безлюдно, похоже это был чисто рабочий переулок. Убедившись, что за нами никто не следит, мы живо нырнули в ворота.

Сама артель оказалась не просто большой кузницей, а целым производственным комплексом, затихшим после тяжёлого трудового дня. Большой собственный двор, несколько жилых строений, склады с сырьём и сараи с углём, мастерские для работы по металлу, склад готовой продукции. Сама кузница внушительных размеров с десятком печных труб над крышей говорила о большом количестве производимых изделий, с её устройством я скорее всего ознакомлюсь позже.

Каменский сказал нам подождать возле входа в здание, которое я окрестил «офисным», а сам вошёл внутрь. Не было его минут десять, за которые я успел осмотреться и примерно понять устройство артели.

А вообще чудно, что я, будучи практически признанным княжичем, наследником рода Пожарских, вынужден буду изображать из себя подмастерье и махать молотом только потому, что кому-то там я очень приглянулся. Ну просто бред какой-то. Но спорить по этому поводу и проявлять аристократическую спесь не видел смысла, да и в принципе это не моё, хотя пора бы уже привыкать.

Барон вышел из здания не один, а с крепким мужчиной в солидном возрасте и хорошо одетым, но без лишнего шика. Его внешний вид внушал уверенность, что несмотря на седые волосы и глубокие морщины, он сможет махать пудовой кувалдой ничуть не хуже молодого богатыря.