— Так, а как же хлеб отрабатывать? — поинтересовался я.

— Барон отсыпал маленько, — усмехнулся мужчина, хлопнув себя по карману. — Тут и на хлеб, и на мясо хватит, за это не переживай. Может тебе надо чего, чтобы скуку скрасить? Книг по магии у меня нет правда, ты уж прости.

— А по истории царства? — спросил я.

— По истории? — Николай Владимирович задумчиво провёл рукой по волосам. — Найду что-нибудь. Располагайся тут пока, ужин через час принесут.

* * *

Эти три дня для меня были наверно сложнее, чем первые три дня пребывания в замке Пожарского, даже если вспомнить про попытку отравления. Нет ничего хуже и томительнее безделья и скуки, но я на самом деле не скучал. Теперь у меня было много свободного времени на медитации, изучение своего источника и магических каналов. А ещё на изучение истории Русского царства, Николай Владимирович смог-таки снабдить меня книгами.

Чем себя занять я нашёл, но это не мешало мне постоянно прислушиваться к каждому шороху, каждому приглушенному разговору в коридоре или под окном. Вероятность того, что меня всё-таки обнаружат люди Куракина или ещё кто-нибудь всё равно оставалась и при каждом подозрении на опасность, я гнал ману в правую руку, хватался за рукоять меча и готовился в любое мгновение размазать врага по стенке, если он не размажет меня первым.

Эти мысли и ожидания выматывали больше всего, но в итоге все подозрения оказались пустыми.

На третий день пребывания в артели ближе к полудню я уже сидел у окна на скрипучем стуле. Сегодня в Царьград должны приехать Пожарские, и я вместе с ними войду в святая святых Русского царства — в Царскую Магическую Академию. Сердце замирало от этой мысли, уже предвкушал увидеть башни и шпили, прикоснуться к древним знаниям и секретным техникам, постичь новые грани мастерства.

Похоже, с этими мыслями я и заснул, поставив локоть на подоконник, а ладонью подперев подбородок. Даже не слышал, как открылась дверь.

— Так, адепт Пожарский, почему спите на посту? — раздался над ухом до боли знакомый голос, вмешиваясь в сюжет сюрреалистического сновидения.

Я вскочил, как ужаленный. Прямо передо мной стоял барон Каменский при полном параде, никаких заношенных дорожных сюртуков. Порыв обнять его, как родного, я сдержал с трудом, ведь здесь так не принято, это вам не Хорошевка.

— Вы даже не представляете, как я рад вас видеть, Борис Николаевич! — выдохнул я, улыбаясь до ушей.

— Вижу, — ухмыльнулся барон. — Я тоже. Но сейчас нет времени на любезности. Срочно переодевайся и едем в академию. Сегодня особенный день, и выглядеть надо по-особенному.