Ещё до того, как открыть глаза, я услышал приближающиеся шаги. Когда же открыл их, увидел, что ко мне подходят магистр Лаврентьев собственной персоной, вместе с тем самым артефактором, который проверял украденную книгу на наличие моих следов.

Однако сначала они подошли не ко мне, а к самому артефакту. Кристаллы всё ещё продолжали слабо мерцать. Было очевидно, что в нём сохранялись следы недавней попытки активации.

Лаврентьев на мгновение замер, глядя на них, словно не веря собственным глазам. Старик же, наоборот, оживился. Он даже поднялся на каменный постамент и принялся внимательно осматривать артефакт практически в упор, прикладывая к различным его частям свои загадочные приборы.

— Ну-ну… — тихо пробормотал Никон Игнатьевич, почти ласково проводя пальцами по холодному металлу. — Проснулся, значит? А я уж и не думал, что когда-нибудь это увижу, жизнь пролетает…

Он наклонился чуть ближе, словно прислушиваясь к тихому голосу древней конструкции.

— Знаете что, Эдуард Антонович, — медленно протянул он, не отрывая взгляда от прибора. — Артефакт действительно только что был активирован. Только, видимо, новичку просто не хватило сил, чтобы довести дело до конца, активация не завершена.

— Зато сам сидит бледный как простыня, почти без сознания, — усмехнулся Лаврентьев, посмотрев на меня. — Хотя нет, вон уже и глаза открыл. Даже щёки слегка порозовели.

Он подошёл ближе ко мне.

— Ну что, студент, жив? — тревоги в его голосе я не услышал, скорее любопытство.

— Вроде да, — кивнул я, пытаясь улыбнуться.

— Послушайте, но это точно не иллюзия и не случайный магический всплеск, — продолжал Никон Игнатьевич, продолжая обследовать древний артефакт с помощью приборов. — За двести лет он ни разу не поглощал столько маны. Даже архимаги не могли заставить его светиться.

— Осмотрите будущего адепта, — распорядился Лаврентьев, посмотрев куда-то в сторону.

Ко мне подошли двое молодых парней с эмблемами кафедры Жизни на сюртуках. Один приложил ладонь к моей груди, другой — к затылку. Я на всякий случай замер, чтобы не мешать им. Через несколько секунд они убрали руки.

— В порядке, — сказал один.

— Полностью, — подтвердил второй. — Проблем со здоровьем нет и источник восстановлен.

— Вот и прекрасно, — кивнул Лаврентьев, жестом отпуская обоих. После этого он вновь посмотрел на меня. — Ты хоть понимаешь, что почти полностью истощил свой источник? — эти слова прозвучали уже с явным упрёком. — Ты же понимаешь, что ещё немного, и последствия могли бы оказаться непоправимыми?

— Вы мне, конечно, не поверите, — сказал я чуть хрипловатым голосом, — но я сделал это не специально. Просто решил попробовать. Думал, получится так же, как у остальных, то есть ничего не получится.