— Кое-что у тебя всё-таки получилось, — тихо сказал Эдуард Антонович, присев рядом на корточки и внимательно посмотрев мне в глаза. — Что ты чувствовал в тот момент? Видел, как начали мерцать кристаллы? Может быть, какие-нибудь образы? Или слышал чей-то голос? Если ты каким-то образом осознанно воздействовал на артефакт.

— Как я мог воздействовать на него осознанно, ваше благородие? — с лёгкой усмешкой ответил я. — Я пока вообще понятия не имею, что нужно делать с артефактами, мы даже не начинали обучение. Просто приложил ладонь к панели, направил туда немного маны.

— А что было дальше? — с нетерпением спросил магистр, пока я пытался справиться с комом в горле, во рту пересохло.

— Сначала ничего, мана потихоньку впитывалась панелью, — пожал я плечами. — Потом поток маны начал постепенно усиливаться, артефакт словно вытягивал её из меня. А ещё было очень странное ощущение, будто он меня изучает, словно пытается заглянуть внутрь.

Я на мгновение замолчал, вспоминая это странное чувство.

— И, — добавил я чуть тише, — у меня было ощущение, что он словно что-то запомнил, будто записал в память.

Лаврентьев нахмурился.

— Тогда как же получилось, что никто за двести лет не смог его активировать, а ты почти смог? — задумчиво произнёс он, неизвестно к кому обращаясь.

— Возможно, причина в редком сочетании дара, — ответил ему Никон Игнатьевич, убирая инструменты обратно в портфель. — А может быть, дело именно в магии воздуха. Насколько я помню, сильных воздушных магов у нас не появлялось уже очень давно, я таких не застал.

Он снова бросил взгляд на артефакт и тихо добавил, почти шёпотом:

— Или наш студент ему просто понравился, — сказал старик, ухмыльнулся и покачал головой.

Кристаллы на артефакте к этому времени окончательно погасли, и он снова приобрёл прежний безжизненный вид.

— Хотите сказать, что я сильный? — удивился я. — У меня ведь всего лишь вторая ступень.

— Но уже почти третья, — заметил Эдуард Антонович. — Возможно, дело действительно в магии воздуха, возможно, в сочетании нескольких факторов, но пока это лишь предположения. Мы слишком мало знаем об этом артефакте, чтобы делать окончательные выводы. Я бы даже сказал практически ничего не знаем. Даже не имеем представления, как выглядел тот древний храм, в руинах которого нашли это чудо.

Он ненадолго задумался.

— Возможно, у тебя получилось бы полностью его активировать, но для этого ты пока ещё слишком слаб, — произнёс со вздохом Эдуард Антонович. — И даже не пытайся повторять подобное самостоятельно, это может закончиться очень печально.