* * *

Войска китайского императора, подготовленные Санькиными военными специалистами, с переменным успехом воевали с тайпинями. Сын неба издал указ, в котором, по причине, гражданской войны и в целях защиты иностранных гостей и их имущества, закрыл все ранее открытые для иностранных судов порты. И поставил в этих портах военные корабли в том числе и в Гонконге. Британцы попытались протестовать «канонерками», но неожиданно попали под огонь странных малокалиберных, но очень скорострельных орудий. Причём, корабли были парусными, а пушки, почему-то, скорострельным.

Это Санька наконец-то построил несколько своих парусных шхун и установил на них спаренные двадцати пяти миллиметровые пушки 2М-3.

Выслав ноту протеста британскому представителю Ост-Индской компании, одновременно являвшемуся консулом в Гонконге, и сославшись на нападение на имперский флот, сын неба объявил Великобритании войну и стал топить все корабли, плавающие под флагами любых трёх расцветок: красный, белой, синей расцветок с юнионом в левом верхнем углу.

Возмутились французы, оставшиеся запертыми в Шанхае. Французские корабли выпустили, но они, вероятно думая, что вернутся в большим флотом и накажут китайских варваров, напали на одиноко стоящий торговый парусник без единого пушечного порта. Единственным его орудием был стоящий у него на корме фальконет.

Французских «смельчаков» было четыре. Было… Фальконет вдруг «затараторил» и на корабли огненным ручьём полились вроде бы не крупные, но разрывающие и поджигающие борта осколочно-зажигательные-трассирующие снаряды.

В тот же день представитель французской Ост-Индской компании — французский консул — получил свою ноту протеста и ноту об объявлении войны.

* * *

Новый одна тысяча восемьсот пятьдесят третий год отмечали у Саньки «в горах» на речке Сучан. Отмечали большой компанией куда входили и Санькины компаньоны, и некоторые командиры кораблей, несущих службу в этом мире. Накануне славно поохотились на лося.

Снегу насыпало в ложбинах по «самые гланды». Выручали снегоходы и пробитые вездеходами дороги, на которые и выходил уставший зверь. Никакому лосю не хочется бродить по грудь в снегу вот и ходили они по дорогам, проторенным Санькой до оленьего хозяйства, до водохранилища и до самой Находки.

За два года аборигены попривыкли к рычащим повозкам и странного вида помощникам демона гор. Привыкли, что в странном городе, родившемся по велению духа, можно на шкурки или рога выменять деньги, на которые можно купить продукты или хорошее охотничье ружьё и патроны к нему.