Тут имелось совсем небольшое поселение, с жителями которого переговорщики тоже провели беседы и достигли с ними абсолютного консенсуса и одобрения присутствия пришельцев, так как те обещали им дать пресную воду, в которой у местных был жуткий дефицит. Уже в этот же день обещание было выполнено. С корабля вывели шланг и пресная вода потекла сначала просто в кожаные «вёдра» аборигенов, а потом в установленную на берегу часть разрезанной пополам цистерны. Вернее, в две полуцистерны, так как к первой тут же был приведён скот в виде коз и верблюдов.

Египетские представители власти приехали на верблюдах солидным караваном и в сопровождении значительного вооружённого эскорта. У тому времени периметр пограничного поста был перекрыт сплошным высоким забором с колючей проволокой по верху, стальными крепкими воротами и вышками с роботами-пулемётами управляемыми из обеспеченного кондиционером боевого поста.

Прибывшая из Каира делегация попыталась схода «постучаться ворота» из аж десяти пушек, привезённых на верблюдах. Однако артиллерийская прислуга фитили поджечь не успели. Попутно снайперы поснимали ещё нескольких приближённых к главе делегации, приехавшем, кстати, на белой лошади. Он был настолько тучен, что ноги у бедной лошадки едва не подгибались. Это был Аббас-паша — вице-король Египта, который самолично решил выгнать пришедших на земли Египта чужаков, осмелившихся нарушить королевские указы об изгнании иностранцев с его земель.

Благодаря благосклонности своего деда, воспитывавшего его в Каире, Аббас уже в молодости достиг хороших результатов в военной и гражданской службе; однако ему не удалось отличиться ни в сирийских войнах тясяча восемьсот тридцать первого — сорокового годов, ни в управлении провинциями. Поэтому он пришёл сюда самолично. Аббаса должны были убить за несговорчивость в пятьдесят четвёртом году, но пока шёл пятьдесят второй и убивать его Санька не планировал. А планировал сберечь и поддержать его начинания в сдерживании европейцев.

Вице-король понял, что что-то идёт не так и попытался отступить, но вдруг увидел, что дорогу преградили странные коробки с пушками наверху. Именно с пушками. Что он пушек, что ли не видел. И их калибр был даже больше тех пушек, что так и не выстрелили по воротам.

Из странных коробок вдруг выскочили люди и выстроились в цепь, направив на него ружья.

Конница Аббаса понеслась на врага, но раздались выстрелы, слившиеся в сплошной треск перекатывающихся камней и всадники посыпались на землю как скошенные колосья. Аббас отдал команду, и конный поток развернулся. Зато цепь медленно двинулась на него и его армию. Коробки оказались повозками, так как имели колёса. Они ехали, а вооружённые скорострельным оружием люди, похожие на насекомых, бежал рядом. Аббасу пришлось отступить почти к самым воротам. Он стоял в окружении своих воинов и дрожал от страха, когда из ворот вышел «переговорщик» и направился к нему, не обращая внимание на направленные на него ружья, копья и стрелы.