— Да, вроде не замечались наклонности. Мирный даже. Он, кстати, самозанялся бы морской капустой и трепангом. У него даже корабль для этого дела есть. Ты не пробовал «вылечить» технику.

— Пробовал, — осторожно ответил Сенька. — Получилось восстановить кое-что.

— Не электродвигатель ли сгоревший, что валялся у меня на базе? — спросил Славик.

— Его, — хмыкнул Александр.

— А мои работнички аж попутали. Ко мнеприходят, Юрич, говорят, ты двигатель на перемотку отдавал. Я не понял сначала. Что случилось, спрашиваю. Они продвигатель. Лежит, мол на улице. Снова его коротнёт. Тут до меня и дошло. Работает двигатель, кстати.

— И у меня работал.

— Тогда нормально. Можно чего на починку подкидывать?

— Дорого будет стоить, — буркнул Санька. — Дешевле новое купить.

— Ну, ты, жук!

— Я попрошу без оскорблений!

— Шучу я, чего ты? — сделал дурашливое лицо Устинов. — Так вот… У Мишани знакомый имеет флот, а флот имеет знакомого так, как старый. Готов отдать даром, лишь бы не утилизировать.

— А на металл?

— Ржавые. Вот-тот утонут. Но под регистром, говорит. Но боится, что утонут с экипажем и наче нельзя стоять у стенки. Только быстрее надо. Один у него утонул в Зарубино. Штрафов столько.

— Звони прямо сейчас. Большой корабль?

— Какой-то сейнер-траулер морозильщик

— СРТМ?

— Вроде.

— Звони.

Устинов набрал Мишаню, переговорил.

— Где стоит спроси.

— Он мне координаты сбросил. Я как с электродвигателем догадался, так сразу ему позвонил. Это там же в Зарубино. Там у них база флота.

— Знаю я где это. Координаты дай.

— Там ещё буксир есть. Осадка меньше метра.

— Пусть забирает. Будем баржи таскать.

* * *

— У меня тут возникла идея, — сказал Санька, после того, как перенёс указанные суда в свою матрицу. — А что если помочь русскому правительству колонизировать Уссурийский край. Купить паром иперевезти сразу тысячу человек.

— Ага, «Титаник», — пошутил Шурочка.

— Зачем паром? — удивился Славик. — Нас в советском БДК[1] перевозили в Анголу и ничего не умерли. А БДК в девяностых списано было, мама дорогая сколько. Списано и продано врагам, между прочим. Был бы тут Мишаня, он бы тебе рассказал, как Родину любить.

— Родину любить мы и сами знаем как, — буркнул Александр. — Я тоже в девяностые жил и читал про это безобразие и от друзей рассказы слышал.

— В-о-о-о-т. А у Мишани целое досье на это безобразие. Список кораблей и откуда, когда и за сколько продали. Какие-то корабли с полным вооружением и боезапасом уходили.[2]

— Так-так-та-а-к, — проговорил Санька. — А это неплохая идея. Хоть где-то немного поправлю историю. Только с экипажами как быть?