— Хм! Значит ты читал мои послания? — спросил Санька. — Это очень хорошо. Меньше придётся говорить. Я, — первый, и это очень почётно быть в своей династии первым императором. Ты ведь чтишь своего предка Нурхаци, основавшего твою империю. Вот и меня будут чтить. А что сделал ты, для своего государства? Спрятался в горах? Когда Тайпени захватывают твои города? И ведь они придут в Пекин и разрушат тот летний дворец, в котором ты родился.

— Они не смогут.

— Смогут. Им помогают британцы. Да и британцы скоро официально объявят тебе войну. По надуманному предлогу. И, в конце концов, тебя свергнут.

— Ты говоришь так уверенно, будто ты знаешь это точно.

— Я знаю точно, что британцы на плечах восставших готовят вторжение и остановятся только тогда, когда ты разрешишь им свободно торговать. Ты, или какой-то другой император. И да, я знаю будущее. Хочешь я покажу тебе его? Хотя нет. Я покажу тебе, как восставшие расправляются с маньчжурами.

И Санька взял из матрицы видеоряд с недавними событиями в районе села Цзиньтянь, где собралось десять тысяч восставших, вооружённых современными европейскими ружьями.

Император вздрогнул. Его глаза округлились. Он глубоко задышал и попытался подняться из кресла. Евнухи бросились ему на помощь, а несколько человек кинулись к Саньке и попытались его заколоть копьями. Но копья разрубили и проткнули воздух на том месте, где он только что стоял.

Появившись возле трона, он отшвырнул евнухов и приблизился к императору вплотную.

— Я мог бы прямо сейчас свернуть шею этому цыплёнку, — сказал Санька, щерясь, показывая зубы, глядя на воинов и поднимающихся с пола евнухов. — Но у меня другие планы. Мне нужны жизни британцев и французов. Поэтом я пока на твоей стороне.

Санька «выдернул» из воздуха своё королевское кресло и уселся на него.

— Ты… Ты… Ты Хэй Бай Учан? Дух смерти? — спросил, заикаясь, император.

Его стража и евнухи, тем временем, попадали на колени и спрятали головы, прикрыв их руками.

— Нет, — скривился Александр. Ему не нравился этот театр, но что делать. Это был самый короткий путь к его цели.

— Я, скорее, — Тудигонг — опекающий дух твоей империи и тебя лично. Можешь считать меня духом своего дедушки. Но это не совсем так. И это не важно, чёрт побери! Слушай меня внимательно. Я пришлю тебе современное оружие и заряды к нему. Оставлю тебе своих воинов и боевые машины. Ты должен вернутся в свой летний дворец и организовать свои войска к подавлению восстания. Понятно⁈

Сяньфэн кивнул. Глаза его были всё ещё распахнуты.

— Я, под твоим флагом с драконом, стану топить все иностранные корабли, не взирая на принадлежность. Надо лишить британцев флота, а повстанцев оружия. Скоро у них закончатся боеприпасы и восстание, без поддержки извне, стихнет. Ну, год, ну два, но не десять же лет! Понятно? Ты не против такого хода событий?