— Хорошо.
Переполненные адреналином парни действовали быстро, решительно и с силой. Им хватило нескольких минут, чтобы перетянуть слизистую хрень веревками — перетянуть туго, жестко, со сдавливанием — и доложить о выполнении поставленной задачи.
Кивнув, я отпустил гребаную дверь и с облегчением повел затекшими плечами. Чуть размявшись, снял с пояса «свинку» и вежливо постучал стволом по металлу двери:
— К тебе можно, гнида?
— Слушай… только без предрассудков ладно? Если я не такой, как все — это не повод сразу стрелять.
— Ты кто такой вообще? — спросил я, в то время как Рэк, снявший у меня со спины топор, пристраивался у другой створки.
— Я призм!
— Ну нахрен такие подарки.
— Да нет! Не приз! Призм! Я призм — принудительно измененный!
— А, — кивнул я, — ну да. Каждый день встречаем таких ублюдков.
— Правда?
— Я открываю створки.
— Повторю — без предрассудков! И держите в головах — это не я напал! Я ведь не кретин, сука, чтобы на четверых бойцов с игстрелами нападать!
— Я все меньше понимаю в твоей сказке. — признался я, кивая.
Рэк уперся ногой в створку и надавил. Заскрежетав, дверь приоткрылась. Вот он момент истины… мы все уставилась на щупальце, но оно не двигалось.
— Я не оказываю сопротивления. И без предрассудков, ладно? Не надо. Пожалуйста.
— Выползешь в гости? Явишь харю?
— Не могу.
— Стесняешься?
— Я застрял здесь. Намертво.
— Опять дерьмо в уши льешь?
— Да застрял я! Намертво! Сам увидишь!
Пора прояснить эту непонятку.
Навалившись плечом на створку, отодвинул ее дальше и, пригнувшись, вошел в коридор, едва не касаясь макушкой начавшего мелко дрожать щупальца. Фонарь высветил «заманушный» игстрел, продолжающий лежать в коридоре, затем я повел лучом света по щупальцу, мелкими шагами продвигаясь вперед. Привязанная к поясу веревка натянулась, до ушей долетел голос Баска:
— Если что — вытяну, командир.
— Принято. — ответил я, шагая по черному коридору вдоль мясной дрожащей струны. — Спускайте Йорку вниз.
— Только без предрасс…
— Заткнись! — велел я, и голос из темноты послушно пресекся.
Шаг. Еще шаг. Переступить игстрел в расшитой кобуре. Еще шаг. Еще. Стоп. Тут небольшой перекресток. Впереди — опущенная стальная переборка, что «перерезала» нарисованную на полу зеленую стрелу. Справа темно и попахивает гнильцой. Щупальце уходит влево. И оттуда пахнет. Но больше дерьмом. Неизвестный молчал.
Что ж…
Шагнув, чуть довернул корпус. И осветил темное пространство за поворотом. Замер, вглядываясь. И где-то через секунд десять сумел разродиться мнением об увиденном:
— Охренеть…
— Не убивай. — шелестящим голосом попросила лежащая на полу жутко страшная хрень. — Не убивайте меня. Дайте шанс, суки! Дайте шанс! Я столько прошел…