— Вот как же без машины хреново, а? — помрачнел Славян. — Напрямки — чего тут ехать? А на метро аж с тремя пересадками.

— Так «Волга» вроде во дворе стояла, — удивился Олег. — Или Мороз куда собирается?

— Уже умчался, поди, — отмахнулся Баженов. — На ковер его дернули. Из-за тебя, кстати.

— Чего?

— Того. Там такая буча началась по поводу мажоров, которых в Подмосковье прижмурили, — что ты! Генералы звездами на погонах сверкают, щеками трясут, крайнего ищут. А ты ведь в Троицке ксивой своей маякнул, причем еще до того, как стало известно, что трупаки в их морге лежат, вот тамошнее руководство и решило на тебя всех собак повесить. Мол, московские спецы приезжали, нам ничего не сказали, с них теперь и спрос. Так что запросто можешь неполное служебное заработать. Не один, конечно, в компании со следаком из Троицка и еще кем-нибудь, кого не жалко, хоть бы вон с Санькой. Ясно, что когда не в одного, то не так обидно, но хорошего все равно мало.

— Да «неполное» фигня, — с видом бывалого служаки заявил Антонов, — рублем ударить могут. Добро если только премии лишат, а то ведь и по окладу пройтись могут.

— Трудно бить тем, чего и так нет, — озадаченно почесал затылок Ольгин. — Блин, вот же непруха!

— Все относительно. — Антонов выбросил окурок в урну. — Вам сейчас в отдел возвращаться, а нам по такой в жаре в метро преть. А если еще и бомжатка в вагон забредет, то вообще хоть вешайся.

— Хорошо, что напомнил, — произнес Олег. — Слав, а девятка прямо совсем все? Или ты Сашу просто припугнул, чтобы он активность в главке развивать не забывал?

— Отъездилась старушка, — подтвердил Баженов. — Ее Семеныч смотрел, а он, думаю, на сегодня лучший автомеханик Москвы. Там такой дед — будь здоров, любую машину оживить может, хоть нашу, хоть не нашу. Но если он сказал, что всё — значит всё.

— И девятка, значит, тоже все?

— Ага, — Славян печально кивнул. — Я у Мишани спросил, нет ли какой «тачилы» из разборных, у них время от времени такие появляются. Ну, берут неликвид за пять копеек, чтобы потом его на детали пустить. Пока нет. Но если появится, то дадут нам погонять ненадолго. Но вообще — стыдобища, конечно. Мы же, твою мать, власть — и чуть ли не побираемся.

— Молчи, грусть, — попросил его Олег. — Самому тошно. Вы потом в отдел? Или еще куда?

— По ситуации, — тряхнул сумкой Баженов. — Если все же гули, придется под землю лезть, а оттуда никогда не знаешь, когда и где вылезешь.

Вернувшись в отдел, Олег заварил себе чаю, поскольку пельмени были хоть и вкусные, но очень уж обильно сдобренные перцем, отправил Ольгина на второй этаж, сам занял его место и открыл дело, которое отчего-то немного смутило Саню.