* * *
В пабе Роджерс пробыл дольше, чем собирался. Слегка покачиваясь, вышел на прохладный воздух... и замедлил шаг. Напротив паба стояла знакомая Bugatti Royal, один из лучших в мире автомобилей, который могут позволить себе лишь самые богатые. За рулём сидел Хьюго Сегрейв, при виде Роджерса кивнувший на сидение рядом с собой. Немного оскорбившись надменным кивком, инспектор всё направился к автомобилю с невольным любопытством. Почему этот франт здесь в полночь выслеживает детектива после окончания рабочего дня? Забравшись в автомобиль, Роджерс вопросительно посмотрел на Сегрейва.
— Зачем я здесь? — усмехнулся тот. — Нам не удалось поговорить во время нашей прошлой встречи, и я так и не предложил вам мою помощь.
— Благодарю, — коротко отозвался Роджерс. — Это всё?
— Вижу, вы очень спешите. Не хочу вас задерживать, но всё же. Как продвигается расследование?
— Я отсылаю вашему отцу ежедневный отчёт.
— Я — не мой отец, — с лёгкой издёвкой возразил Сегрейв. — Итак?
Роджерс никак не мог подавить неприязнь к этому хлыщу. Вроде бы тот вежлив, предложил помощь, но что-то было в нём отталкивающее, жестокое...
— Что вам известно о семействе Кавендиш, милорд?
Вопрос, немного неожиданный для самого Роджерса, у Сегрейва вызвал разве что удивление.
— Кавендиши? — он вскинул светлые брови. — Всё семейство погибло около восьми лет назад. Это имеет какое-то отношение к смерти моих дяди и тёти?
— Что связывало ваши семьи? — проигнорировал вопрос Роджерс.
— Мы знали их, они — нас, сталкивались на общих приёмах, — казалось, разговор вызывает у Сегрейва всё большее недоумение. — Вряд ли я смогу сильно помочь в этом. Когда произошла та резня, мне было пятнадцать.
— Как и Уильяму Кавендишу. Вы были ровесниками. Но не друзьями?
Губы Сегрейва сложились в улыбку, жестокую, насмешливую, от неё Роджерсу стало не по себе.
— В моём кругу не бывает друзей, инспектор Роджерс. У нас это не принято. Но я хорошо знал Уильяма. Отличный наездник, любил охоту и спортивные состязания.
— Охоту... — эхом повторил Роджерс и, решив идти до конца, вскинул на Сегрейва немигающий взгляд. — Насколько велика вероятность, что один из Кавендишей выжил?
Секунду-другую Хьюго Сегрейв смотрел на него округлившимися глазами и вдруг закинул голову и рассмеялся.
— Выжил? В этом аду? Похоже, это вы выжили из ума, инспектор!
Глава 8
Неприязнь Роджерса к этому выродку, хохочущему над подобной трагедией, уже зашкаливала. Алкоголь ударил в голову, и Роджерс выдал то, что в нормальном состоянии никогда бы не произнёс, не имея неопровержимых доказательств: