— Прекратите, да вы вовсе спятили! — воззвал Магнус.

Док молчал. Полагаю, он ставил на меня. Хотя имея дело с образованными людьми ни за что нельзя поручиться. Возможно, он просто не знал, чья смерть ему выгоднее. Кулаками дело может не обойтись: я был уверен, что складной нож солдата остается в кармане его брюк, и если припечет, Сэлби не замедлит воспользоваться клинком. Что ж, никто не обещал мне беззаботной прогулки…

— Готов, девчушка? — прорычал солдат, тяжело переступая по палубе.

Я лишь усмехнулся. Ха, будь мы одни, я бы вообще не терял времени.

— Начинаете, джентльмены. Иначе ужин задержится, — на редкость злобно процедил Док.

Я сделал выпад — на редкость неуклюжий, промахнулся и приложился бедром о леер. Должно быть, вышел перебор: выглядело истинно по-девчачьи. Сэлби радостно ухнул и ударил меня в ухо — почти достал. Настил палубы отозвался чутким скрипом на его грузный шаг…

Мне не нужно было его видеть. Катер, воздух, запах и пыхтение показывали больше, чем я мог воспринять. По-сути, это было легко. Хотя и жутковато. Все же я не до конца верил в свои силы, и в то, что получил от Болот…

На легкий ожог уха я ответил пробным ударом левой в корпус. В груди гниловатого здоровяка удивленно ухнуло, эхо прошло по пищеводу, отозвалось в глотке, а я уже врезал правой… боль в костяшках… звук покатился вниз от лязгнувшего подбородка противника… в требухе солдата что-то ёкнуло… он не упал, лишь отшатнулся. Я подумал, что мне отнюдь не помешает набрать массу, порхнул следом — палуба с готовностью подпевала каждому «па» наших сапог. Сэлби вздумал уклониться за тумбу пулемета, но эта мысль только пришла ему на ум, а мой кий-кулак уже летел к «средней лузе»… по почкам… и снова правой в подбородок… легко хрустят пеньки остатков зубов. И как он остается в армии с такой гнилью во рту? Не иначе как всучил взятку вербовщику и врачу… Теперь левой, с подкруткой по черному шару солнечного сплетения… и сразу в верхнюю лузу… нос на ощупь показался совсем мягким… и еще пара шаров рикошетом от правого борта… Сип солдатского дыхания прервался — потрясенные легкие не могли вбирать воздух. По-настоящему сильно бить не позволяла моя скромная масса, зато кулаки-кии находили самые разумные комбинации на столь щедро предоставленном мне телесном столе. Я вгонял цели-шары точно и не торопясь. Если не считать того широкого взмаха, прошедшего над моей головой, Сэлби попросту не успел ничем ответить. Теперь его удерживали на ногах лишь леера, на которых здоровяк повис локтями, его нос жалобно фыркнул, наконец, выпустив скопившуюся кровь.