— Раньше — раз-два в месяц. Сейчас гораздо, гораздо реже. Хотя Ксения с ночными гостями сама общается, нам не докладывает, так что точно сказать не могу.
— Вот. А к нам заруливают три-четыре раза в неделю. А поначалу раз по десять за день чужаки прибывали. Кого мы только не видели, каких только историй не наслушались. Про Свободных этих рассказывали раз пять. И всё, как под копирку.
Хромушка почувствовала, как непонятные мародёры отходят на второй план. Стало наплевать на всё. Девушку от пяток до макушки захлестнуло невиданное, физически ощущаемое любопытство.
— Славка! Объясни, наконец, толком! Где твой дом? И кто это — мы?!
Коваль усмехнулся:
— Скоро узнаешь, не боись. Нам Маринку бы только дождаться. Ты лучше подумай, куда поедут Фридомцы после бензинового рая? Где у вас тут поживиться можно?
Софья усилием воли заставила себя сосредоточиться на насущных проблемах.
— Так. Мой двор последний, дальше жилых кварталов нет. С этой стороны только заправка, завод, пожарная часть и гаражный кооператив.
— Это я и сам вижу.
— Да. Там, откуда мы пришли — озеро и парк, мы проходили сквозь них. Чуть дальше супермаркет, недалеко отсюда больница, ну, и строительный рынок. Правда, мы всё обчистили сами. Им дальше придётся ехать, в центр.
Внезапно Соня замерла на несколько секунд, а потом схватила Славку за руку, и горячо зашептала:
— Славочка! Они ведь мимо церкви поедут! Только дурак не поймёт, что там человеческое поселение!
Коваль смотрел в панически расширенные глаза подруги, и понимал, что для Родника Веры сочтены дни. Даже не дни — часы. Пара десятков измождённых мужиков даже под предводительством богатырши Дарьи ничего не смогут противопоставить банде убийц. Способности Аристарховой и недоучки Сергея Вячеслав даже не брал в расчёт.
— Ну… Сочувствую, Сонец. Что поделать. Таков современный мир, жестокий и несправедливый.
— Я должна вернуться. — Заявила Соня, опустилась на колени и поползла в комнату.
— Чего ты должна?! — Славка пополз следом и уткнулся лбом в колени девушки — та уже выпрямилась и воинственно оглядывала комнату, решая, что полезного можно взять с собой.
— Совушка! — Птица, мирно дремавшая на спинке кресла, вздрогнула и открыла глаза.
— Если ты, правда, не совсем животное, на. — Девушка бесцеремонно вытряхнула из маминой корзинки для рукоделия нитки, спицы и недовязанный свитер, протянула птахе. Набери сюда ягод, или яблок, или ещё чего-нибудь. Там, откуда ты всё это для меня таскаешь. Поняла?
Сова угукнула, уцепилась когтями за ручку корзины и вылетела в окно.
— Ты! — Обернулась Хромушка и уставилась на Славу тяжёлым взглядом. Потом вдруг смягчилась и виновато сказала: — Спасибо тебе за всё, друг из Приречья. Желаю тебе дождаться Марину и вернуться домой. Буду рада, если расскажешь кому-нибудь о Софье Кривицкой и о Роднике Веры — месте, где жили добрые, хорошие люди.