Тело Влада рефлекторно сжалось в ожидании удара, когда обидчик от души размахнулся, заводя руку так далеко, что аж отклонился назад. Но сейчас разумом и действиями мертвеца управлял Кирилл, а не маленький слабак, не способный дать отпор. Поэтому сегодня все изменится. Жертва сама станет хищником…
Зажатая в кулачке отвертка полетела вперед и легко проткнула ткань белой футболки, погружаясь в мягкую плоть хулигана. Мальчишка вскрикнул и отшатнулся, еще не до конца понимая, что произошло. На его одежде начало медленно набухать багровое пятно, расцветая словно бутон пышной розы. И Влад, не позволяя задире опомниться, вновь ринулся в атаку.
Удар. Еще. Еще. Еще! ЕЩЕ! Вокруг раздались крики, щедро полилась кровь, бесполезные друзья забияки бросились врассыпную, оголтело вереща. Гуляющие с маленькими детьми мамаши похватали своих отпрысков и тоже кинулись прочь, оглашая улицу своим визгом. Какой-то мужчина попытался схватить и обезоружить неживое тело Влада, но не преуспел. Инфестат приказал своей кукле атаковать его, и дядька грязно выматерился, когда отвертка вонзилась ему в бедро.
Всеобщая паника, океан страха и целый столб прохладной тьмы, поднимающийся от свежезаколотого трупа. Какое все-таки интересное получилось представление! Его обязательно надо как-нибудь повторить!
Подбежав к раненному мужчине, Кирилл подставил ему свое плечо, делая вид, что просто хочет помочь.
— Уф… черт! Спасибо, пацан! — повис на нем незнакомец, тщетно пытаясь унять хлещущую из раны кровь. — Надо скорую срочно вызвать…
Сам же Баклан в это время старательно поглощал разлитый в пространстве некроэфир, который подобно тяжелому туману стелился по земле. И будучи сосредоточенным на этом занятии, он никак не мог заметить чужого оценивающего взгляда, внимательно рассматривающего его издали…
Глава 17
— Заходите-заходите, бойцы, — замахал нам рукой Гиштап, как только наша троица показалась на пороге. — Не маячьте там на виду!
Мы поспешно втиснулись в кабинет, распределяясь вдоль стены, и замерли, ожидая, что нам поведает комбат.
— Значит так, скажу открыто, это все целиком и полностью моя инициатива! — предупредил офицер. — Пока эти толстожопые штабники расчухаются и найдут свои яйца, чтобы открыть правду тем, кто каждодневно рискует собственной шкурой, может стать уже поздно. Заявляю прямо: ФСБН всегда было известно о тех гулях, которые чуть не разорвали Факела на крайней операции…
Я украдкой скосил глаза на Изюма, пытаясь оценить его реакцию на слова начальника. Но Виноградов стоял с каменным непроницаемым лицом, ни едиными мимическим жестом не выдавая, что ему об этом известно. А полагаться на свою инвалидную эмпатию мне не приходилось…