Я открываю глаза и обнаруживаю, что сижу на заднице. Подо мной жесткий и неуютный асфальт. Как? Оверхенд! Вот же… а я и забыл про эту комбинацию, но как красиво! Подшаг после джеба и апперкот в голову, естественно я закрылся от удара снизу и тут сверху прилетает оверхенд, перчатки, все дело в них. Голыми руками такой удар не сделаешь, разобьешь костяшки об лоб, об голову, но в перчатках хороший оверхенд в состоянии встряхнуть голову. Нет, именно оверхендом сложно вырубить, перчатка по большой траектории вламывается в голову сверху, голова и так наклонена… но он встряхивает и вызывает долю секунды ступора, в которую хороший боксер добавляет еще. Апперкот. Вуаля — сижу на земле. Вернее, на асфальте. Хорошо, хоть не валяюсь, а мог бы. Хорошо, что помню оверхенд, обычно забывают как именно тебя вырубили, последние пять секунд как корова языком слизала. Наояма что-то говорит и протягивает мне перчатку.

— Что? — не понимаю я.

— Все в порядке с тобой — переспрашивает он, помогая мне встать на ноги: — уж извини, пришлось тебя на жопу посадить…

— Да все нормально… — встаю, выдыхаю. Хироши — протягивает мне новую капу. Прошлую из меня выбили, наверное. Или сам выплюнул на автомате.

— Ну… было интересно. — говорит Наояма, снимая перчатки: — ты неплох, парень. Тренируйся и можешь через три-четыре годика в профессионалы выходить. Ноги подтяни. В наше время многие забыли, что такое хороший левер-панч, так что это неудивительно. Вы, молодежь -слишком уж упираете на свою физическую устойчивость, головы у вас бетонные, а так нельзя. Бетонные они у вас первые два года, а потом — привет Паркинсон и все дела. Учись голову убирать и будешь жить долго.

Я смотрю, как Наояма аккуратно складывает перчатки в сумку и странное чувство охватывает меня. Именно так и я мог бы лекцию молодым да ранним читать. Спокойно, без злобы, без гнева и раздражения, поясняет что со мной не так и куда двигаться. Эти слова — из тех, которые должны ценится выше, чем золото и алмазы, это те самые «случайные» фразы, ценность которых человек понимает только через несколько лет, замечания, которые могут изменить все — если ты прислушаешься к ним. Это раз. А во-вторых, я понял, что с ним случилось. Это у него не оверхенд, это левер-панч, сдвоенный удар, рассчитанный как раз на то, чтобы «бетонные» головы пробивать. Как ни странно, но Наояма-сан — боксер старой школы, хотя выглядит довольно молодо, да и на самом деле молод — сколько ему там лет? Двадцать два максимум. И — старая школа. Выйдя в профессионалы, он встретился с кучей ребят, у которых есть несколько «коронок», слабая техника, но зато — огромная выносливость и «бетонные» головы. Они могли позволить себе пропускать удары в голову и просто идти вперед, даже не зарабатывая очки, а в поисках нокаута. И как результат — Наояма выработал противоядие. Левер-панч. Сдвоенный удар в голову, которым даже слона уронить можно, не то, что меня. И именно этим ударом он и выписал билет в один конец какому-то «бетонноголовому», который переоценил свои возможности.