— Кха-кха! — откашливаюсь я: — аа… я, пожалуй, пойду… Мне сегодня в Академию очень-очень рано нужно! У меня… коллоквиум! И эссе сдавать!

— Ступай. Только поешь сперва. Если будешь плохо есть, то станешь худым и вялым, перестанешь девочкам нравится. Бьянка и Сора тебя бросят. Останемся мы с тобой сыночка одни… — горюет мама, положив голову на ладошку: — эх… вот так растишь, растишь человека, а кто-то пришел и увел из семьи. Несправедливо, скажи, Айка-тян?

— Несправедливо! — пищит Айка: — вернуть на место!

— Зиме вопреки. Вырастают из сердца. Бабочки крылья. — декламирует мама: — даже если ты думаешь, что зима наступила, в твоей жизни всегда есть место любви.

— Мама Басё цитирует. — замечает Хината: — а мне брат уши надрал. А у Басё нет ничего про недопустимость насилия в семье?

— И кто бы мог сказать. Что жить им недолго. Неумолчный треск цикад. — тут же находится мама: — это про то, кто громче всех трещит — тот быстрей всего получает по голове. Не жалуйся. Он твой старший брат и может делать с тобой что хочет.

— Кьяя! — выдает Айка, опять краснея до корней волос.

— Ну… не до такой степени — поправляется мама: — но уши надрать точно имеет полномочия.

— Пойду я пожалуй — говорю я, вставая: — спасибо за завтрак и компанию. Как и всегда все очень вкусно.

— Ступай, сынок. А я пока этих придержу, чтобы тебя не преследовали на улице. — кивает мама: — а то…

— Ну мама!

Так как на самом деле идти в Академию еще рановато — я заворачиваю в доки. В портовый квартал. Светает, улицы уже начинают оживать, мимо меня проезжают грузовички со свежей рыбой, продукцией местных пекарен и курьерские мотороллеры. Я сворачиваю в доки и через некоторое время — стою перед решетчатыми воротами с надписью «Осторожно! Злая собака!», с подписью от руки мелом «Беззубая». И поправкой — рукой Рыжика внизу — «зато засасывает насмерть!».

У меня есть электронный ключ-карта, замок на воротах пищит, и лампочка светодиода вспыхивает зеленым. Ворота открываются. В самом деле, думаю я, что делать в Академии в такую рань? В библиотеке торчать? Я уж лучше Бьянку проведаю, узнаю, как там Юрико устроилась, не обижали ли ее ночью. Впрочем, зная Бьянку и Рыжика могу предположить, что никто никого не обижал, даже наоборот.

Вхожу в дверь здания, наверху щелкает система опознания и выдает зеленый свет. Открывается внутренняя дверь. Да, теперь тут все серьезно, система охраны, автоматические турели, выдающие дротики со снотворным из пневматических стволов. Электрическая изгородь, камеры с распознанием лиц по периметру. Надеяться на двоих упитанных и ленивых ротвейлеров Бьянка не желает, они добродушные твари, скорее залижут до смерти, чем укусят. Вот и сейчас — лежащий на кожаном кресле зверь даже не поднял голову, просто проводил меня взглядом.