— К черту последствия. Живем один раз — твердо заявляет Натсуми: — так что? Да?
— Мне надо поговорить с другими. — вздыхаю я.
Глава 14
Глава 14
— Какой тяжелый и в то же время — веселый день — говорит Рыжик, отодвигая жалюзи на окне и выглядывая наружу, туда, где внизу под ними раскинулся ночной город. Мириады огней, неоновые вывески рекламы, фары и стоп-сигналы автомобилей… Токио никогда не спит, у него есть часы пик, когда город лихорадит передвижениями миллионов людей, стремящихся попасть на работу, на учебы или домой… а во все остальное время Токио не прекращает жить ни на секунду.
Некоторое время она смотрела на феерию жизни ночного города далеко внизу, подсознательно ожидая, что Бьянка поймет ее состояние, услышит нотки в ее голосе и подойдет, обнимет ее сзади и они будут вот так стоять и смотреть вниз… просто стоять и смотреть… и она будет чувствовать ее теплое дыхание на своем затылке…
Но… нет. Конечно — нет. Бьянка порой была на удивление несообразительной, особенно по части человеческих взаимоотношений. Рыжик немного рассердилась. В конце концов она поддержала Бьянку и весь день была рядом с ней, даже когда было скучно и утомительно, а уж сидеть в приемной у Большого Босса и вовсе было дело неприятным. Минуты просто в часы превращались. И… было еще кое-что, что ее раздражало. Что не давало ей покоя. Она метнула быстрый взгляд на кресло, где крепким сном спала эта… новенькая. Целый день на ногах, целый день решала задачи, проводила встречи, устала. Вот и заснула, едва сев в кресло, аж похрапывает…
— В душ пойдешь? — спрашивает у нее Бьянка откуда-то сзади, и она напрягается. В душ? Почему она спрашивает? Не хочет мыться одновременно, ей нужно пространство, как обычно во время ее приступов гениальности? Нет, во время таких вот приступов она и не моется целыми днями, сидит в одной футболке перед монитором и карандаши жует…
— Тут же две ванные комнаты. И джакузи — отвечает она, не повернувшись: — можешь занимать любую, я не буду тебе мешать… — в последних словах у нее слишком много обиды, любой человек бы уже понял. Любой нормальный человек. Но Бьянка — не любой человек. Она не понимает, что такое ревность, не испытывает сама и никак не может понять, что ей — больно. Больно то того, как быстро ее отодвинули в сторону, стоило появится сперва этому Кенте, тоже мне мистер Джей, сперва она думала, что обозналась Бьянка, что не может такого быть, чтобы внутри у школьника вторая личность сидела, да еще и в пару к Бьянке — гениальная по-своему. Но потом поняла, что у школьника крыша-то совсем улетела, как и положено Мистеру Джею и сладкому пуддингу Бьянки. Причем, судя по всему — улетела в том же направлении, куда улетела и ее, Бьянкина крыша. Такой романтический полет рядышком, крыло к крылу. И это еще полбеды, она смирилась с тем, что в фокусе внимания Бьянки появился парень… в конце концов у каждой девушки может быть парень.