— Выкладывай, Пигги, хватит воображать — ворчит Кексик, откидываясь назад и прижимаясь ко мне: — ты начинаешь нарываться на урок психологической терапии.

— О, нет! — Юрико в деланном ужасе прижимает ладони к щекам: — только не это! Не бросайте меня в терновый куст! Делайте со мной что хотите, только не бросайте в терновый куст!

— Очень смешно. — наконец подаю голос и я. Может я не разбираюсь в экономике, финансах, деривативах и фьючерсах, но уж сарказм в голосе у Юрико я способен распознать. И сейчас она этим сарказмом прямо-таки сочится. Да что у них тут произошло ночью? Надо будет потом Рыжика расспросить…

— Несмотря на то, что твоя подружка придумала мне за ночь оскорбительную кличку, Кента-кун… — поднимает глаза на меня Юрико: — я все еще остаюсь Великолепной и Ужасной Юрико-сама! И у меня не только выдумки и интуиция! У меня есть все. Мотив, способ, метод и даже доказательства… косвенные, но все же. — она вскакивает с кресла и сладко потягивается.

— Всю ночь тут сидела, затекли ноженьки мои — говорит она, проследив мой взгляд: — Госпожа Бьянка, а если я найду вора и ликвидирую утечку в компании — у меня будет премия? Хочу пятьдесят процентов от утечки на постоянной основе!

— Десять. Разовая премия. — тут же отвечает Бьянка и спина у нее деревянеет: — никакого торга, Пигги.

— Черт. — грустит Юрико, запахивает халат и вздыхает: — бедная девочка-циркачка думала, что наконец нашла дом, где ее любят, холят и трахают, денег дают, нашла наконец счастье, а оказалось снова опыт. Жестокий мир, где тебя используют всю ночь… половину ночи как постельную грелку, а половину — как финансиста-аудитора…

— Если ты в самом деле вора нашла… то другие десять процентов будут твоей заработной платой на постоянной основе… но не от утечки, а от общей суммы моих дивидендов. — уточняет Бьянка: — мне такие люди как ты нужны, Пигги. Хватит торговаться, давай вываливай.

— Ух ты! Спасибо! — сияет Юрико. Я не понимаю, но догадываюсь. Посмотрим, насколько мои догадки верны, сейчас я следую той самой латинской поговорке и маминому совету «помолчи сына, глядишь сойдешь за умного».

— Ты не пожалеешь, Госпожа — уверяет Юрико и вытаскивает лист из принтера. На листе фотография пожилого японца с широкой физиономией. Я заметил, что японцы разделяются на две категории… нет, не тупоконечники и остроконечники, а с широкими мордочками и с узкими. Так вот, этот — явно из первой категории. Такая… отъевшаяся пачка. Ему бы в Трех Толстяках роль дать, сразу видно — талант.

— Финансовый управляющей твоей «Бьянка Петролеум» — говорит Юрико и хмурится: — вот что за манера называть компанию своим именем? Чем тебе прежнее не угодило? Вот было «Бритиш Петролеум Джап Инк», но нет. Что это символизирует? Типа «подходит к любым разъемам, как и сама Бьянка?» или там «доступна как Бьянка-сама?». Нет, погоди, там же еще «засунь шланг в разъем Бьянки»…