крайне популярно у вампиров, брать жертву на мосту, потом сбрасывать тело в воду. Пока вытащат… никто уже и не поймет, отчего она погибла. — Как это «не поймет»? — возмутился Саша. — А потеря крови? А отметины от клыков? — Вот представь, — выпуская в воздух клуб дыма, сказал я. — Ты патологоанатом. Тебе привозят тело, выловленное из воды, изрядно пострадавшее, побитое о берег или опоры моста… Саша начал бледнеть. Молодой еще. Хороший, но молодой… — Даже если ты заметишь, что на шее есть какие-то ранки, а в теле почти нет крови, что ты предпочтешь думать? Что по Москве ходят вампиры? Или что влюбленная дурочка сиганула в воду и, падая, напоролась на какую-нибудь железяку? — Я все варианты буду рассматривать, — решил Саша. — Вот потому ты в Дозоре, — кивнул я. Саша помолчал, бдительно поглядывая то налево, то направо. Потом робко спросил: — А Храм им не мешает? Я глянул на массивное, благообразно подсвеченное здание. Покачал головой. — Этот — нет, не мешает. Вампиры вообще не боятся религии, если бы они верили в Бога, то вампирами бы не стали. Но ты прав в том, что настоящий храм может защитить. Если он рядом и если жертва верит. Понимаешь? Это не пугает вампира, это защищает жертву. — Кажется, понимаю, — задумчиво кивнул Саша. — А почему этот не помогает? — Много факторов, — сказал я уклончиво. Саша стоял, теребя нацепленный на перила моста замочек. Вот смешная манера современных влюбленных — пришли на мост, поцеловались, замочек навесили — и вроде как уже заперли свою любовь. А любовь запирать не надо. Она не для этого дается. — Я его чувствую, — возбужденно сказал Саша. — Идет! Слева! — Знаю, — кивнул я. — Он нас не… — Он не почувствует в нас Иных и даже не увидит истинного облика, — успокоил я. Не уточняя, что вместо меня вампир увидит молодого тощего парня с серьгой в ухе, а вместо Саши — грустную девушку. Стандартная картина для этого места — повздорившие влюбленные. — Девушку тоже чувствую, — сказал Саша с облегчением. — Вон идет… да она совсем девчонка! Я чуть повернул голову — девушка шла мимо нас, слепо глядя вперед, и признал: — Да, лет четырнадцать-пятнадцать. Это плохо. Будь ей лет десять… — Чем же плохо? — поразился Саша. Ну вот как он учился? Неужели не помнит, что лицензии выдаются… — Исчезли! — возбужденно воскликнул Саша. Я и сам видел, как вампир — такой же молодой на вид, как мой напарник, сделал шаг навстречу девушке, улыбнулся — клыки у него еще не выдвинулись, так, едва заметный намек… и они исчезли. — Пошли, — сказал я, щелчком пальцев