— А к чему этот вопрос? — спросил я вместо ответа.

Думал, что это собьёт Нечаева с толку, но к моему удивлению он вместо этого лишь рассмеялся.

— Да ладно тебе, — произнёс он, заговорщицки понизив голос. — Хватит притворяться. Я ведь всё прекрасно вижу. Ты не на своём месте, хотя всеми силами пытаешься доказать обратное.

В этот момент у меня по спине пробежала целая стая мурашек.

— Что, прости?

— Алексей Измайлов, — с ехидной усмешкой сказал Нечаев, будто цитировал надпись с таблички. — Доблестный и тихий сотрудник Управления общеуголовных расследований. Думаешь, что кто-то поверит в эту сказку? Или считаешь, будто я не заметил, как ты тянешь время за этими идиотскими бумажками за своим столом? Я раскусил тебя ещё в первый день.

— Не понимаю о чём ты говоришь, — ответил я и сам удивился тому, насколько ровно прозвучал мой голос.

— А мне кажется, что всё ты прекрасно понимаешь, — не согласился со мной Нечаев. — Только вот выбрал явно не ту стратегию поведения…

Это какой-то бред. Он же не мог об всём догадаться! Мы же общались всего-то пару раз! Нет, это явно как-то бред.

— И какую же, позволь спросить, стратегию ты мне посоветуешь? — поинтересовался я с такими видом, будто спрашивал у него, какой кофе мне лучше выбрать в комнате отдыха: растворимый или может растворимый?

— Уж точно не подлизываться к этой дуре, Романовой, — с самодовольным видом заявил Нечаев. — Да, понимаю, я сам виноват. Надо было тебе сразу рассказать. Моя ошибка.

— Ошибка?

— Конечно! Я должен был сразу тебе сказать, что пытаться как-то выслуживаться тут — это дохлый номер, Измайлов. УОР это аппендикс на теле департамента, понимаешь? То, чем мы занимаемся вполне можно скинуть на обычную полицию и идиотов из прокуратуры. Но ничего страшного. Я же знаю, зачем ты тут.

— И зачем же?

— Понятное дело, ты стремишься наверх! — выдал он с таким видом, словно это было само собой разумеющееся. — Я слышал, что у тебя скоро свадьба. Да ещё с дочерью Игнатьева! Породниться с таким человеком дорого стоит. Уверен, что ты тут не задержишься и пойдёшь дальше. А я, как твой руководитель, буду рад тебе помочь.

Мозг уже во всю обрабатывал полученную информацию. То что я чуть с дуру не принял за собственный прокол, оказалось ни чем иным, как абсолютно неверным пониманием ситуации с точки зрения Нечаева.

Сделав шаг вперед, я негромко сказал:

— Допустим, что я заинтересован.

— Прекрасно, — тут же улыбнулся Нечаев. — Потому что я уже не раз и не два отправлял ребят дальше, на этажи повыше. Забудь про Романову. Эта дура непригодна к тому, чтобы расти по карьерной лестнице. Её участь — это копаться в делах тут, в управлении. А ты, я уверен, точно желаешь добиться большего. Минюст, я прав?