Я взяла розу и направилась в Аськину комнату. Там я положила её на подушку. И невольно залюбовалась так отчетливо выделяющимся алым цветком на белой наволочке.

Вернувшись снова на лестницу, я заметила, что несколько смельчаков перебрались через забор в наш огород. Они заглядывали в окна, прижав ладони к стеклу. Сквозь занавески я видела их напряженные вглядывающиеся лица. От их всеобщего сумасшествия мне стало очень страшно. А если они разобьют стекла и влезут в дом? Схватят меня и ещё не дай бог сожгут на костре.

Вдруг грянул гром и их глаза разом засветились. Я вздрогнула и чуть не закричала со всей мочи. Это мне напомнило недавний сон. Я сидела и боялась пошевелиться. Светящиеся точки из-за штор выглядели жутко. Сердце бешено стучало – а вдруг я что-то сделала неправильно и не сработает или я не успею.

Что-то скрипнуло у меня над головой. Я подняла глаза и посмотрела на второй этаж. Дверь в прабабушкину комнату была распахнута.

Я встала, взяла свечу и книгу, и поднялась по ступенькам. Вошла в комнату. Мебель в прабабушкиной комнате, как и рассказывала Аська, была антикварной. Массивная кровать из цельного дерева с замысловатой резьбой на спинках. Впору в Эрмитаже выставлять. Этажерка и тумбочка в таком же стиле. И огромный шкаф с резными фигурками. Наверху огромные закрученные рога. На кончике рога чучело ворона с чуть расплавленными крыльями. Белое перо выделялось на темном крыле. И много у прабабушки таких чучел? Или это Аська перетащила его сюда из подпола?

Я потянула дверцу шкафа. Та со скрипом поддалась. Вместо обычных полок для одежды внутри шкафа оказался длинный полутемный коридор. Вдалеке мерцали свечи.

Внезапно внизу раздался звон разбивающегося стекла и до меня донеслись грубые голоса. Но они уже опоздали. Я шагнула внутрь шкафа и захлопнула за собой дверцу, будто отрезала себя от внешнего мира. Стало очень тихо, словно я оказалась в каком-то потусторонье.

Я пошла на свет. С каждым шагом коридор становился всё шире и светлее, по глянцевым стенам плясали отраженные язычки пламени, и вскоре я вошла в круглый зал. Мраморные колонны уходили ввысь и терялись где-то за туманной завесой. Вдоль колонн застыли девушки в белых полупрозрачных одеяниях. Их немигающие широко распахнутые глаза казались стеклянными. Руки они сложили на груди словно в молитве и держали в ладонях красно-белую розу – Кровавую Невесту – как прозвали этот цветок в деревне. Символично. Неестественно белая кожа без единой кровинки девушек светилась в полумраке. Сейчас они были ещё прекраснее, чем выглядели при жизни.