На этой улице никого не было, но это мне даже нравилось. Вдруг из-за ворот небольшого аккуратненького домика навстречу мне вышла высокая молодая женщина в ярко-желтом сарафане, черные тяжелые волосы были перехвачены золотистой лентой. Она кивнула мне в знак приветствия и застенчиво улыбнувшись прошла мимо, бросая обеспокоенные взгляды то на тучу, то на дом. Из её хозяйственной сумки торчал зонт.

– Успею до магазина. Туда и сразу обратно, – пробормотала она чуть слышно.

Провожая её, в окно выглядывала пятилетняя девочка. Она посадила рыжеволосую куклу на подоконник и махала матери кукольной ручкой.

– Лизонька, я скоро, – вскрикнула женщина и ускорила шаг.

Я отвлеклась на неё, не заметила торчавший пень посреди тропинки и запнулась, чтобы не упасть, схватилась за штакетник. Девочка засмеялась. Я ей улыбнулась. Она показала мне язык и спряталась за шторку.

В этот момент грянул гром, мощно, как пальнули из пушки. Опять где-то завизжала автомобильная сигнализация и у меня зазвенело в ушах. Я обхватила руками забор и зажмурилась. Бесчисленные точки заплясали у меня перед глазами. Не помню, сколько я так простояла, но, когда открыла глаза было темно и вовсю хлестал дождь. Я бросилась вперед.

Конец улицы упирался в частокол. Небольшая калитка была настежь распахнута. Я выскочила через неё и оказалась в лесу.

Тропинка петляла вдоль забора, то уходя глубже в лес, то возвращаясь к высокому частоколу. Густые ели окаймляли дорожку, заслоняли своими пышными лапами небо, и вдруг стало как-то темно, хотя был день. Ливень перестал хлестать, и я перешла на шаг.

В лесу мне стало как-то не по себе. Мне всё время казалось, что кто-то идет за мной следом. Оглянешься, а нет никого. Только дятел звонко выдалбливает кору, да сосны трещат, ветер их гнет.

Особенно пугали падающие шишки. А вдруг это они не сами падают, а кто-то специально запуливает в меня ими, целясь в голову? И это не белки. Зачем это им? Это леший. Я ему не нравлюсь, вот он меня и прогоняет. То шишкой засандалит, то ветку кинет с пауком на листочке. Я представила маленького сморщенного человечка, всего облепленного мхом. И обязательно у него на спине растут опята. Он прыгает с дерева на дерево не хуже белки и забавляется тем, что пугает случайных прохожих. Да уж, хватит мне страшные сказки читать, а то совсем сойду с ума, как все тут в этой деревне.

Вскоре частокол пропал из вида, скрывшись за густыми елями, тропинку облепила молодая поросль из осинок, берез и рябины, а под ногами зачавкало. Земля стала неровной – кочка да кочка – пришлось перепрыгивать. В одном месте моя нога провалилась, и ямка тут же наполнилась болотной водой. Хотя на первый взгляд казалось, что просто слегка влажная земля.