— Твою мать… — прохрипел я. — А чё, уже зима⁈
«Не понял, — подумал я. — Это сколько же меня не было⁈»
Глава 6
Я лежал и смотрел в падающий снег, и тихий, истерический смешок вырвался из горла, превратившись в облачко пара. Ну вот и отлично. Герой вернулся с поля боя. Без награды, но с новыми, восхитительно бредовыми вопросами без ответов. И какому-то невидимому режиссёру, наверное, эта сцена казалась чертовски глубокомысленной.
— Твою мать… — прохрипел я. — А чё, уже зима⁈
«Не понял, — подумал я. — Это сколько же меня не было⁈».
Снег таял на лице, смешиваясь с потом и грязью. Я с трудом поднялся на локти, тело гудело, будто после долгой лихорадки. В глазах стояла белая пелена от яркого света, и я несколько секунд ничего не мог разглядеть, кроме размытых силуэтов. Потом зрение прорезалось, и сердце снова упало, на этот раз от знакомого, острого ужаса.
В трёх шагах от меня, у блока вентиляции, стояли они. Те самые охотницы.
Их лица были бледны от немого потрясения. Они смотрели на меня так, будто видели призрака. Что, собственно, было недалеко от истины. Я исчез у них на глазах… когда? Осенью⁈ Меня не было двадцать четыре часа… это сколько же времени прошло в мире⁈ Охренеть!
В глазах девушек читался один-единственный вопрос, готовый сорваться с губ:
«КАК?»
Я откашлял снежную крошку, пытаясь загнать обратно истерический смешок. Говорить что-либо было смерти подобно. Любое слово, любое объяснение сделало бы ситуацию необратимой.
В голове, на месте привычного гула, воцарилась пугающая пустота, а потом, будто сквозь вату, проступил холодный, безличный текст, лишённый прежней игривости:
«Экстренный протокол. Целостность нарратива под угрозой. Приоритетная задача: СКРЫТЬ ПРАВДУ. Любой ценой. Нарушение влечёт за собой немедленное наказание!»
А ниже, будто вторым слоем, другая строка, вызывающая тошнотворную слабость в конечностях:
«Стабилизационный период. Снижение всех параметров на??? %. Длительность: 24:00:00».
Вот и ответ. Не просто выдернули из одной точки в другую. Молчаливый оператор этой кухни, испугавшись утечки информации, не только откатил меня по времени — судя по смене погоды, но и решил обезвредить.
Слабость ватной волной накатывала на мышцы, даже дыхание давалось с усилием. Система, выходит, не просто наблюдает. Она редактирует. Вычёркивает неудобные сцены и ставит жёсткие условия для продолжения истории.
А охотницы… явно помнили нашу схватку. Помнили, как я чуть не прибил их своим стремление уничтожить S-рангового босса и захватить его душу… почему они здесь⁈
— Ты… — начала та, что гоняла с тесаками, голос сорвался на шепот. — Мы видели… тебя не стало. Был свет, и пустота. А теперь… — она не нашла слов, просто ткнула пальцем в снег, где отпечаталось только моё тело, без следов подхода.