Пещера расширялась, переходя в огромный зал, посреди которого зияла яма, словно кратер. И вокруг неё копошилось нечто. Не ползуны и не тени. Это были какие-то гуманоиды. Или то, что от них осталось. Искажённые, с вывернутыми суставами, с кожей, покрытой той же каменной скорлупой, они медленно ходили по кругу, будто исполняя какой-то забытый ритуал.

В центре, над ямой, парил он. Финальный босс данного подвала.

Существо, напоминавшее гигантского слепого червя с раскрытой, усеянной концентрическими кругами зубов пастью. Из его туловища росли десятки длинных костлявых рук, каждая из которых сжимала обломок оружия или просто заострённый камень.

— Ну вот, — пробормотал я. — Появился кто-то в белых перчатках. Почти.

— Наконец-то, — произнёс Аранис, и в его голосе впервые прозвучали нотки чего-то, кроме холодной вежливости.

Что-то вроде скучающего интереса. Тактика родилась мгновенно.

Чогот, как самый неугомонный, рванул вперёд, отвлекая на себя гуманоидов-зомби. Они облепили его со всех сторон, но демонический шпиц лишь весело крутился среди них, превращаясь в колючий, рычащий вихрь когтей и зубов.

Я же, крикнув Аранису «Занимаю главного!», ринулся к червю.

Мои кулаки оставляли вмятины на его каменной шкуре, но не пробивали её насквозь. Он орал тонким, визгливым звуком и лязгал своими многочисленными руками, пытаясь достать меня.

Я уворачивался, чувствуя, как ветер от ударов рассекает воздух. Вдруг одна из рук, вооружённая ржавой секирой, зацепила мне плечо. Боль была острой, но терпимой: выносливость работала. Я откатился назад. И тут в дело вступил Аранис.

Он не бросился в атаку. Он сделал шаг вперёд, и пространство вокруг него… застыло. Не в буквальном смысле. Просто всё — звук, движение, даже багровый свет грибов — словно потускнело, уступив центр сцены его фигуре. Он поднял руку в белой перчатке, пальцы сложились в изящный, но чужой жест. Его губы шевельнулись, произнося не слова, а саму суть команды: «Воля Застывшей Звезды. Саваран».

От него не протянулись лучи, не ударила волна силы. Эффект проявился на мне. Острая боль в плече испарилась, будто её и не было. Я мельком глянул на полоску здоровья — она дрогнула было вниз, но тут же, прямо на глазах поползла вверх, заполняясь до предела за какие-то две секунды. В углу зрения возникли иконки баффов. Одна с символом капли — «Мгновенная регенерация». Другая со стилизованным щитом и снежинкой — «Саваран: Ледяная Пелена Забвения».

И я всё понял. Потому что вместе с болью ушло всё остальное. Ярость от схватки, азарт, легковесная ирония, даже базовое напряжение перед лицом чудовища — всё растворилось, оставив после себя кристально чистый, холодный вакуум.