— Чокнутая!
— Проваливай! Иначе я всем скажу, как ты в прошлом году воровал сивуху из погреба! — Ким прошла мимо него, задев плечом, и потянула за собой взвинченную хрипящую Лиссу.
Только бы вирта выдержала, не обратилась и не начала защищаться! Тогда ее точно заберут. Посадят в клетку, как необычную зверюшку или посчитают опасной и убьют.
— Тише, девочка, тише, — Ким гладила ее по лоснящейся щеке и нашептывала в нервно прядущее ухо, — видишь этих людей? Они…они… — слова никак не хотели подбираться, — с ними надо быть осторожнее. Они могут навредить. И тебе, и мне. Не показывай другие формы, пусть думаю, что ты просто лошадка. Не слишком быстрая, не слишком выносливая, не слишком умная. Ты понимаешь меня?
Лисса недовольно фыркнула и будто бы стала меньше. Как-то ссутулилась, уныло опустила морду. Хвост понуро повис, спина прогнулась, а кости на крупе начали некрасиво выпирать.
— Молодец, — Ким провела по боку, явно прощупывая тощие ребра. — Такой и будь. Это важно.
Тем временем стражники вывели из сарая старую скрипучую телегу, на которой по осени перевозили скот в Милрадию. Проверили ржавые прутья клетки, тяжелый тугой замок и закинули туда бесчувственного Хасса. Для надежности примотали его широкими кожаными ремнями, связали руки, ноги, а на голову накинули серый пыльный мешок.
— Можно отправляться! — им не терпелось доставить свою добычу в город, — эй, ты! Не отставай!
Ким неумело закарабкалась на костлявую спину Лиссы и прошептала.
— Давай, милая. За ними.
Неровным шагом, иногда спотыкаясь и тяжко вздыхая, вирта поплелась за телегой.
Вскоре монастырь остался далеко позади, а впереди лентой извивалась узкая дорога, ведущая к проходу в Милрадию. Как бы Ким не пыталась отвлечься, ее взгляд все равно цеплялся за широкую грудную клетку кхассера. Она считала едва заметные, редкие вдохи и вместо злорадства испытывала беспомощность, волнение и все нарастающую уверенность, что так не должно быть.
Почему он не приходит в себя? Он же сильный. Как демон. Его ни ремни, ни прутья не удержат, да и вояк всех он раскидает без особых усилий. Это же кхассер, которому все по плечу… И тем страшнее видеть его в таком состоянии.
Глава 7
Переход между долиной Изгнанников и самой Милрадией начинался с темного провала в скале. Небольшая застава на въезде, десяток стражников, среди которых особенно выделялся мужчина с тяжелым посохом, увенчанным лунным камнем — вот и вся охрана.
Они без вопросов пропустили отряд, возвращающийся из долины. На Ким даже не посмотрели, зато повозку с кхассером проводили заинтересованными взглядами. Заметив, как они перешептываются, Дерил ревниво насупился и, натянув поводья, вынудил своего коня притормозить, закрывая пленника от остальных. Это была его добыча, и он не собирался ее ни с кем делить.