— Это не просто камень. Это тот самый первый аракит, на котором когда-то создавали привязку для кхассеров. Он — основа.
Глава 12
Ким осторожно забрала у него камень и покрутила в руках, осматривая со всех сторон. Просто камень. В долине похожие попадались на склоне Сторожевой гряды, возле прохода в Милрадию.
— Это же просто булыжник, — в полнейшем недоумении она посмотрела на Хасса, — обломок сказы.
Хасс улыбнулся:
— Иногда суть скрыта в простых вещах.
— Я не понимаю.
— Ты же все слышала, там, в комнате, — усмехнулся Хасс.
Девушка покраснела, но не стала отрицать:
— Слышала, но много не поняла.
— Что ж, раз не поняла, то давай разбираться. Время у нас есть.
Он развел костер, сходил к ручью за водой и поставил кипятиться чай. Потом достал немного сухого хлеба и два куска мяса. Вирта тут же требовательно заурчала. Пришлось доставать третий.
— Ты ее разбаловала, — он протянул ломоть Лиссе, но отпускать не торопился, наблюдал за тем, как она старательно пыталась вырвать у него из рук угощение.
— Моя вирта, хочу и балую, — Ким протянула ей свой кусок. Лисса не растерялась. Мигом заглотила его, а потом вернулась к тому, что давал кхассер.
— Обжора.
Вирта снова выразительно заворчала. Потом все-таки вытянула у него мясо и отошла подальше. На тот случай, если этот большой опасный мужик захочет забрать обратно угощение.
Наконец, все было готово, и они приступили к своей скромной трапезе. Ким терзали десятки вопросов, но голод оказался сильнее, поэтому она старательно пережевывала сухое мясо, запивала его невкусным травяным чаем и время от времени ловила на себе задумчивые взгляды кхассера.
Он ждал другого. Ее истерики, криков, обвинений. Того, что она начнет рыдать, проклиная его и требуя, чтобы он ее вернул обратно. Он бы, конечно, не вернул. Молчаливо бы выслушал все ее претензии и сделал по-своему, но претензий не было. Как и истерики. Ким была на удивление спокойна, и он чувствовал, что это спокойствие не показное.
Хасс помнил, как вначале знакомства ее эмоции лупили наотмашь несмотря на то, что она их старательно прятала. Привыкла. Сама того не подозревая, привязалась, и дело даже не в их связи, которая упрочнялась с каждым днем. Дело в них самих.
— Расскажи мне про камень, — наконец попросила она, когда голод был погашен, — почему именно он. Как он работает. Что вообще происходит.
— Правды хочешь? — он невесело усмехнулся.
— Да. Потому что лжи в моей жизни было уже предостаточно.
Он некоторое время молчал, пытаясь решить с какого момента лучше начать, в итоге вернулся к самым истокам.