— В темницу его! На подвесы! Не давать есть! Не давать восстанавливаться! Головой отвечаете!

Стражники послушно подхватили его под руки и выволокли из кабинета. Ким оставалось лишь смотреть, как голова кхассера безвольно болтается из стороны в сторону, и давиться собственными эмоциями.

— Я вас предупреждала, что нельзя его выпускать из камеры! — сказала Мелена, когда дверь в кабинет закрылась, — будь он чуть в лучшем состоянии — разнёс бы не только одну цепь и шкаф с книгами. И я его бы не остановила.

Когда конец плети обвил плечо кхассера темноволосая чувствовала сопротивление. Дикое, злое, способное сокрушить все на своем пути.

— Нам повезло, что он ослаблен…и один.

Вейлор вылез из-под стола и тяжело плюхнулся на кресло. Его высокий лоб блестел от пота, а глаза нервно бегали из стороны в сторону.

— Проклятый кхассер! — в сердцах ударил кулаком по столу. Из-за этого заносчивого чужака его люди видели, как их правитель прятался под столом!

— Мастер Воспоминаний должен приехать со дня на день. Как только он с ним закончит, андракийца надо казнить.

— Не-е-ет, Мелена. Казнить, это слишком просто. И быстро, — Вейлор поднялся на ноги и направился к выходу, небрежно отпихивая с дороги бесценные, изувеченные фолианты.

Его верная охранница отправилась следом, но у дверей напоследок снова обернулась на остатки цепи.

Зверь! Самый настоящий!

Ким осталась одна. В темном маленьком закутке, спрятанном между двумя комнатами. Едва живая, перепуганная, с надрывно бьющимся в груди сердцем. Надо было бежать, прятаться как можно дальше от этих людей, но она не могла даже пошевелиться. Ноги отказывались слушаться, и все тело словно налилось свинцовой тяжестью.

Перед глазами Хасс.

Зачем он это сделал? Глупый.

Ей потребовалось много времени, чтобы очнуться и заставить себя двигаться. Выбравшись из своего укрытия, она покинула комнату, и мотаясь из стороны в сторону, будто пьяная, побрела в покои к Кассандре. Все вокруг: дворец, роскошь, люди — казались нереальными. Она видела все словно через пелену, слышала — как через толстый слой ваты. И не чувствовала ничего, кроме ширящегося отчаяния.

Она обязана сделать хоть что-то пока этот проклятый мастер сновидений не вернулся в Асоллу. Что угодно! Потому что иначе, никогда больше не сможет спать спокойно.

— Где ты бродишь? — набросилась на нее Кассандра, — мне нужен свежий лимонад, а Бонита и Лили изнывают без корзиночек с паштетом.

Будто в подтверждение этих слов одна из шавок подскочила к девушке и с надрывным рычанием попыталась ухватить за подол.

— Цыц! — едва слышно прошипела Ким, взглянув на белое тявкающее недоразумение.