Мне кажется, что он молчит целую вечность. Надо удержать его давление и удержаться на ногах, нельзя дать слабину сейчас.

То, что время не застыло, выдает только капля пота, созревшая в редких волосах и скатившаяся вниз по лбу к седой брови.

— Не самый худший вариант, — в конце концов устало произносит Янт. — Моя версия звучит так: нельзя потерять ни Ворона. Я ей верен.

Не добавляя больше ни слова, он резко убирает с меня нажим.

Вышибаю старика с одного удара и только после осознаю мысль, которую он мне оставил:

«Каждый из нас готов служить на благо рода, но у каждого свой взгляд на это благо. Мы следуем за победителем. Веди, видящий».

Едва удержался на ногах, но не от усталости: после давления, которое казалось многотонным, я кажусь себе легким как пух, не сразу восстанавливаю координацию. Согнувшись, оперся руками о колени, выравнивая дыхание. Из носа на камень упала капля моей крови.

Очень хорошо…

Утерся и выпрямился, оглядывая лежащие передо мной тела.

Очень хорошо, что обошлось без проклятой мантикоры.

* * *

Я жаждал забрать их жизни, желал и мог похоронить в этой же комнате, но, поразмыслив, передумал. Катя и ее порталы изменили расклад: если без порталов я мог только прикончить их, то с порталами у меня появилась надежда на иной исход.

Они нужны мне так же, как и я был нужен им. Мне необходим их опыт, нужны сила, мозги. А еще нужны фигуры рядом. Я не собираюсь открыто свергать правительство и, потрясая кулаком, провозглашать революцию, как предположила жена. Мне не по нраву такой путь, он разрушителен, это нарушение Порядка, к тому же, привлекать к себе лишнее внимание слишком опасно. Мы, Вороны, осторожны, предпочитаем действовать в тени. Всегда так будет.

Они будут жить, останутся членами Совета, даже сохранят разум. Единственное, каждого ждет моя тщательная коррекция. С мороком я справлюсь и с их Силой, подрежу крылья, скорректирую некоторые установки, направление мыслей… Сделаю с ними то, что они делали со своими же. Я нередко занимался этим с великородными… в прошлом. Тогда я исполнял приказы.

Теперь приказы буду отдавать я.

Чем я отличаюсь от них? Я думал об этом, когда отправлял в ноздри Янта, Ангула и Терция кусочки мха с мороком. Отличаюсь немногим. Они не «злые», я не «добрый». Я тоже манипулирую разумом при необходимости, выбираю порой жестокие, но действенные дороги. Пожалуй, есть только одно реальное различие: у нас разные взгляды на благо рода.

Пошарив в кармане, вытащил на свет черный комочек.

Пинетка.

Захотел к ней прикоснуться. Улыбнувшись, повертел в пальцах чудо, созданное богиней Хаоса, приложил к губам и спрятал обратно.