Он дернулся.

— Чего? Что ты несешь?

— Чемоданчик-то откройте, — повторил я настойчиво.

Он помедлил секунду, потом переложил пистолет удобнее, свободной рукой щелкнул замками, раскрыл кейс и начал перебирать бумаги. Сначала небрежно, на автомате, потом иначе — уже быстрее, внимательнее, а еще через мгновение у него изменилось лицо. Брови полезли на лоб, губы вытянулись, а желваки заходили.

— Это же… — выдохнул Северцев. — Это же компромат на меня. А я заказывал совсем другое, на конкурентов, на своих врагов.

— Вот именно, — кивнул я. — Это он вам предупреждение посылает, а с ним просит еще такую же сумму денег, какую вы уже заплатили. Тогда, мол, и предоставит то, что вы заказывали, а если нет…

— Ну⁈

— Тогда все вот эти материалы — у вас, кстати, копии — уйдут сами знаете куда.

— Сука… — выдохнул Северцев, и рука с пистолетом заметно дрогнула. — Тварь… И ты сдохнешь сейчас, причём прямо сейчас, и он сдохнет.

— Я всего лишь курьер, — пожал я плечами, не сводя с него взгляда, — передаю его пожелания.

На самом деле в чемоданчике лежали документы, которые достал Коровин, и сам кейс был тщательно выполненным клоном. Я давно приметил, с каким именно кейсом Старожилов ходит на сделки, заснял его на видео, а дальше Иби в точности воспроизвела конструкцию по кадрам, чертежам и замерам.

Коровин в сжатые сроки нашел умельцев, которые изготовили точно такой же чемоданчик, один в один, так что на глаз не отличишь. Когда все было готово, клон лежал у меня в машине, и, как только сработала сигналка, я просто поменял кейсы местами, тихо и незаметно для Старожилова и его охранников. Прямо у него на глазах.

Изначально мой план и был в том, чтобы стравить их между собой, выдав всё за случайность, накладку, из-за которой якобы выползли на свет истинные намерения. Только теперь выходило куда интереснее: этим самым чемоданчиком я не просто запускал чужую грызню, а в прямом смысле спасал себе жизнь.

Старожилов, гнида, всё-таки или раскусил меня, или с самого начала не доверял. Или же… возможно, он настолько ненавидел моего отца, что решил избавиться от меня именно так, чужими руками, чтобы и следа на себе не оставить.

Только в этот раз он просчитался. Переиграл я его. И потому теперь, глядя Северцеву прямо в глаза, я спросил невозмутимо:

— Так что передать Виктору Ильичу? Подумайте сами, здесь же хватит, чтобы не только сместить вас с должности, но ещё и заключить под стражу на вполне законных основаниях. Вот только, знаете… — я сделал доверительную паузу. — Я бы на вашем месте не платил ему больше… ни копейки.