Запустив волну «обнаружения жизни», подошел к ближайшему трупу и позаимствовал у него винтовку. Заодно и пару магазинов. От колонны осталось триста четырнадцать человек, и все они сгруппировались в ее хвосте. Судя по расположению некоторых бойцов, у малайцев остался еще один БТР. То же самое можно сказать про МД: было изначально известно, что их два, и второй мне не попадался. Фактически колонна уничтожена. Свою задачу малайцы уже не выполнят. Добить, конечно, можно, но лишние триста смертей мне чувствовать не хочется. Нет адекватной причины добивать их. Там даже свидетелей происходящего нет — из попавших мне под руку до них никто не добрался.

— Я возвращаюсь, — вышел я на связь со своими.

— Добивать не будешь? — спросил Щукин.

— Незачем, — ответил я.

— Принято, — произнес он после небольшой паузы.

Вернувшись к Щукину и Такано, тяжко вздохнул.

— Вообще никаких изменений? — кивнул я на ледяной шар.

— Никаких, — ответил Щукин. — Вечно он держать камонтоку не может, но и у нас нет времени, так что предлагаю прибить неудачника.

— А ты камонтоку-то пробьешь? — спросил я, чуть нахмурившись.

Возиться с малайским Мастером не хотелось, но и оставлять его нельзя.

— Если этот человек не из какого-нибудь очень древнего рода, — заговорил Такано, — то Мастера хватит. Не сразу, конечно, но Щукин-сан пробьет его защиту.

— Так и есть, — кивнул тот, и немного помолчав, добавил: — Он, кстати, может нас слышать. Мало ли что у него за камонтоку.

— А ведь и правда, — вскинулся Такано.

— Я так понимаю, вы тут наболтали лишнего? — вздохнул я. — Ну и ладно. Эй! Если ты нас слышишь — выходи! Обещаю, что мы возьмем тебя в плен! В противном случае будем бить твою ледышку, пока у тебя силы не кончатся, а потом как карта ляжет!

Обратился я к малайцу, естественно, на английском.

— Может, он только родной язык знает? — спросил через десяток секунд Щукин.

— Начинай, — махнул я рукой. — Не хочу тут вертолетов дождаться.

— Вообще-то, — убрал он подавитель в подсумок, — нам лучше их дождаться и уничтожить. На всякий случай.

— Как вариант, — пожал я плечами. — Но вряд ли они будут стрелять по любым машинам на дороге.

— По двум грузовикам, идущим от колонны — могут, — ответил он. — Давай-ка отойдем.

В итоге Щукин все-таки раздолбал ледяной шар, но потратил на это почти сорок минут. Заодно я узнал, что бахироюзер уровня Щукина может кидаться техниками около часа. Активно кидаться. Раньше как-то не интересовался. Про наличие резерва знал, но все говорили, что его хватает надолго, достаточно, чтобы не обращать внимания. Самый большой резерв у «чистой крови», они своими примитивными техниками могут кидаться сутками, в то время как Воины и Ветераны дай бог полчаса. Но тут многое зависит от того, как долго ты на своем ранге сидишь. Развитие, все дела. Такано, по его словам, тоже может около часа активно сражаться. Но подчеркну — это активно. В современной войне, например при штурме города, бахироюзеры могут днями бахир использовать, в общем-то, пока сам не устанешь. Ну и да, учитываются максимальные для ранга техники. Те же «огненные шары» Щукин может до посинения кидать.