— Вот и отлично. Если что, не стесняйся вернуться или запросить помощь. По уму, ты должен был сделать это, еще когда этот… — кивнул он на ледяной шар. — Короче, когда этот свое поле из сосулек создал.
— Ты прав, должен был, — подтвердил я, отчего у Щукина взлетели брови. Не ожидал он, что я соглашусь с ним. — Но вы должны были увидеть мой бой. От начала и до конца.
— Я и так знал, что ты сильнее Мастера, — проворчал Щукин.
— Знал, но не видел, а Такано и не знал, — ответил я. — Разве что с моих слов, но сомневаюсь, что он поверил. А теперь, — повернулся я в сторону конвоя, — вы должны увидеть, как я работаю против многочисленного противника. Смотрите и анализируйте. Это сильно поможет вам в составлении дальнейших планов. Еще раз: я не пытаюсь тут кого-то впечатлить, просто вы должны знать, на что способны и как действуют доступные вам боевые единицы. А я должен убедиться, что вы осознаете мои возможности, и если что — когда, например, нет связи — я должен быть уверен, что могу предсказать ваши действия.
— Мы поняли, господин, — чуть поклонился Такано.
— Осознали, — вздохнул Щукин. — Что ж, покажи там, на что способны Аматэру. Я-то уж точно против такого конвоя в одиночку не вышел бы.
— Ну так стань сильнее, — усмехнулся я. — Благо тебе есть куда расти.
ГЛАВА 22
После того как господин у них на глазах, пусть и через экран на планшете управления дроном, победил вражеского Мастера, Такано успокоился. Аматэру-сама действительно отличный боец. Да… нестандартный, но определенно сильный. А раз так, и остальные его слова могут быть…
— Пуля дура, — неожиданно произнес Щукин.
— Что, прости? — отвел он взгляд от экрана планшета.
Там господин как раз уничтожал очередную группу противника. Малайцы не бежали всей толпой в сторону врага, но, когда господин нападал на одну машину, бойцы, жавшиеся к двум-трем ближайшим, приходили на помощь своим сослуживцам. Вот и получалось, что господин сражался с отдельными группами бойцов.
— Я смотрю, ты расслабился, — посмотрел на него Щукин. — Я, может, и не вижу твоего лица за шлемом, но ты явно более расслаблен, чем вначале.
— Господин доказал свою силу, — ответил Такано.
— Пуля дура, — повторил Щукин. — А господин может защититься только от прицельной стрельбы.
— Это… что? — вновь начал тревожиться Такано.
— Он не видит пули, — пояснил Щукин. — Зато он чувствует внимание и опасность от прицельных атак. Точнее, просто опасность, но, как я понял, если они нацелены на него, если враг имеет цель попасть в господина, то он замечает ее гораздо лучше. Одна шальная пуля, и кто даст гарантии, что господин успеет поставить «щит»? Опасность-то он почувствует, но успеет ли отразить?