— Переживем как-нибудь, — произнес Икуми.
Он не хотел говорить именно это, понимал, что виноват, но и ничего другого ему на ум не шло. Ничего хорошего в данной ситуации не было. Смертельно опасного тоже, но последнее не сильно успокаивало.
— Сгинь с глаз моих, — произнес устало Хоусэй.
— Прорвемся, вот увидишь, — сказал его сын тихо, прежде чем уйти.
— А что нам еще остается? — молвил Хоусэй в пустой гостиной.
* * *
— Ну что скажешь? — спросил Укита Коусей внука.
— Это будет сложно, — ответил Мамио.
— В смысле? — не понял Коусей.
— Как мне его теперь посылать куда подальше? — глянул на него внук. — А пендали отвешивать? Хотя последнее не актуально, у меня это все равно ни разу не получилось.
* * *
— А ведь я говорила, — покивала важно Мизуки.
— Говорила что? — удивилась Шина.
— Не важно что, главное — говорила! — подняла сестра указательный палец.
* * *
— Знаешь, я тут подумала, — произнесла задумчиво Торемазу.
— О чем? — одарила ее скептическим взглядом Анеко.
— Надо бы вытащить Казуки и пройтись с ним по магазинам, — ответила Торемазу.
— Казуки? Флаг тебе в руки, — хмыкнула Анеко. — Он еще с прошлого раза шарахается от таких предложений.
* * *
— Вот скажи мне, деда, Атарашики-сан что — задалась целью собрать в род всех самых слабых? — спросила Норико.
— И это, демоны ее подери, очень и очень странно, — ответил задумчиво Фумики.
ГЛАВА 27
Последние гости разошлись далеко за полночь, и все это время Казуки демонстрировал им свое тельце, общаясь с разными людьми. И только когда мероприятие закончилось, стало понятно, насколько он был напряжен все это время. Бедный парень буквально рухнул в кресло. А после того, как он немного посидел и выпил чашку чая, его даже начало потряхивать. Эрна, заметив это, тут же поднялась с дивана и, подойдя к Казуки, уселась на подлокотник кресла. Ничего не сказала, руки никуда не тянула, просто присела рядом, и то ли это его успокоило, то ли, как я думаю, он просто вновь собрался, чтобы не позориться перед невестой, которая сопровождала его большую часть времени, — но трястись Казуки перестал.
— Как вы только это все выдерживаете, Аматэ… Синдзи-сан, — произнес он. — Слишком много внимания, да еще и таких людей.
— Дело привычки, — улыбнулся я. — Скоро и ты втянешься.
— Пойдем, девочка, — встала со своего места Атарашики. — Нам еще есть чем заняться.
Умная старушка увела Эрну, чтобы Казуки смог нормально высказаться и по-настоящему расслабиться — при женщинах давать слабину никто не захочет. Ну а мне пришлось слушать поток сознания и эмоций, который парень минут двадцать исторгал из себя. Все же он еще ребенок. Умный и понимающий ребенок, что и стало причиной такой напряженности. Многие на его месте разве что на разговор с императором отреагировали бы, да и то — лишь восторженно.